Я сломалась и падаю вниз

— Тебя не поймешь. То на растерзание, то я никуда не денусь.

— Потому и не денешься, что некуда. Или на растерзание, или со мной, одно из двух. Что выбираешь?

— Тогда лучше с тобой, — зажмурив глаза, сквозь зубы проговорила она.

— Громче! — навис над ней Морж.

— С тобой… — проблеяла Лена.

— Вот и хорошо. — Бандит ухмыльнулся. — Сейчас я тебя не трону, нельзя. А вот когда ты сама захочешь, тогда и поговорим!.. Да?

Она лишь покорно кивнула.

— Вот и умница. Чего смотришь, давай на кухню, на завтрак мне что-нибудь сообрази! — с хозяйским видом распорядился он.

Лена поднялась с постели, схватила халат со спинки кровати, попыталась набросить его на себя, но Морж не позволил ей этого сделать. Он отобрал его у нее, затем схватил Лену за руку и вернул на кровать.

— А на завтрак я сожру тебя! — не в силах сдержать себя, рыкнул он и навалился на нее.

Лена очень боялась попасть на стол к этому людоеду, но раз уж это произошло, то ей все-таки лучше расслабиться.

Ненасытный людоед — это невыносимо.

День начинался с секса, им же он и заканчивался. А сегодня Морж приперся к ней в офис, закрыл дверь на ключ, уложил животом на стол, задрал юбку!.. Увы, но Лена должна была терпеть это издевательство над душой и телом. Позавчера сход поставил этого урода на место Стригуна, и теперь ее судьба действительно зависела от него.

Она занимала директорское кресло в многомиллионном бизнесе, оклад — пятьдесят тысяч долларов в месяц. Более того, Лена еще и сама владела тремя магазинами, но могла потерять их в любой момент, что называется, по беспределу.

Ей действительно некуда было деваться. Но сейчас она с радостью убежала бы на край света, лишь бы Морж оставил ее в покое.

— Я знал, что с тобой будет супер! — плюхнувшись в кресло, сказал он. — Но не догадывался, что настолько!

Лена чуть не плакала, глядя на него. У нее бизнес, положение, но при этом она чувствовала себя дешевой портовой шлюхой, которую только что попользовал мерзкий пьяный матрос.

Сейчас он уйдет, и она разрыдается от жалости к себе.

Говорят, что стерпится — слюбится, но вранье все это. С каждым разом Морж становился все омерзительней. Она жалела себя, даже ненавидела. Иной раз у нее возникала мысль о самоубийстве. Это же так просто, раз — и никаких проблем!

— Ты обедала? — спросил он, закуривая.

— Зато ты наелся, — раздраженно буркнула она. — Мною.

— Гы!.. А ужином накормишь? — Морж ухмыльнулся.

— Женю еще не похоронили.