Яжмаг вне закона

 – Я поднял руки вверх. – Дайте мне пять минут, чтобы переодеться, и выходим.

Так что мне придётся «совершить ошибку» вопреки предупреждению нобелевского лауреата по литературе. Хотя, как помнится из текста присланных запретов, не следует, что я так же ограничен в передвижении по городу. Речь скорее о запрете на болевое применение магии. Но, с другой стороны, мне и не обязательно колдовать, верно? Мы просто прогуляемся вдоль ближайшего канала и к обеду вернёмся домой.

Фамильяр торжественно обещался присмотреть за всё ещё дрыхнущим призраком.

Гэндальф спал как младенец. Конечно, если вы где-нибудь видели большого, седобородого, полупрозрачного и пьяного в дымину младенца. Будить привидение всегда чревато серьёзными неприятностями. Но когда он проснётся сам, то мой котодемон всегда нальёт ему опохмелиться и даже может поддержать компанию, выпив на пару.

– Мы скоро вернёмся, – предупредил я, когда Нонна заботливо выводила меня в парадную, держась рядом с видом сестры милосердия.

После её короткой отлучки с прапрапрапрадедушкой на небеса о запрещённой в России секте свидетелей Иеговы она уже не вспоминала ни разу.

Видимо, там ей прочистили загаженный мозг, перепрошили программу и спустили назад на землю в новой, отредактированной версии. Надо признать, отличия чувствовались лишь в деталях, в целом девушка оставалась прежней, сумев сохранить и ранее присущие ей наивность, доброту, искренность и чистоту.

Второй такой, как она, просто нет в природе. Наверное, в этом кроется какой-то высший замысел, потому что будь таких хотя бы трое, на планете дрогнула бы власть чоткого Сотоны, а люди стали бы счастливы.

Хоть на чуть-чуть. Вот меня же прямо сейчас суют мордой в счастье, как слепого котёнка носом в молоко, так почему бы не поделиться этим дивным ощущением со всем человечеством?

– Ярослав, не волнуйтесь, я буду вам всё рассказывать, – нежно щебетала Нонна, повиснув на сгибе локтя моей левой руки и музыкально постукивая каблучками по мостовой.

Поверьте, серый, скучный городской асфальт никогда не даст такой чистоты звука, только брусчатка.

На улице было довольно светло, несмотря на то что денёк выдался не самый ясный – со стороны Финского залива ветерок гнал большие пушистые облачка. Не обязательно пойдёт дождь, но и «традиционной» питерской жары тоже, видимо, больше не будет. Всё-таки конец августа.

При дневном освещении моё магическое зрение только обострилось, теперь всё вокруг рисовалось для меня в чётком чёрно-белом изображении.