Категорически влюблен

Глеб его прекрасно понимал и сам бы с удовольствием избежал этого мероприятия, но у него были свои причины остаться. Точнее, одна причина, которая с упрямым и независимым видом буравила Полину неприязненным взглядом.

– Я не собираюсь извиняться, – огрызнулась причина.

Глеб вздохнул. Он совершенно выдохся, не выспался и больше всего на свете мечтал сейчас дернуть Карину за хвост, чтобы она беспомощно откинула голову, и впиться в ее губы поцелуем. Вот чего ему хотелось. А не вот это вот все…

– По-твоему, это нормально? – холодно спросила Полина.

Смотрела она на Глеба, но рукой указывала на Карину.

Глеб закрыл ладонями лицо. Нет, не нормально. Он определенно озабоченный маньяк, потому что думать о Карине сейчас – это точно ненормально! Пусть Полина и имела ввиду совсем другое.

Боже, какая он тряпка… И почему Карина вообще в него влюбилась? Или, может, он тут сидит и переживает, а она давно уже его разлюбила и теперь презирает?

ВОТ ПОЭТОМУ он не любил сильные чувства!

– Ничего не собираешься сказать? – холодно спросила Полина.

 – Например, что-то в духе «это недопустимо» или «ты вообще в курсе, сколько сил было вложено в это мероприятие, которое ты сорвала»!

– Конечно, собираюсь, – пробормотал Глеб, неохотно встречаясь с воинственным взглядом Карины. – Не хочешь объясниться?

– Я уже все сказала, – Карина отвернулась. – Это комикс Кати Сиротиной.

Конечно, Полина тут же посмотрела на него. Так, словно Таби была ребенком, а он – безответственным родителем, который не справился со своими обязанностями.

Впрочем, наверное, так и было?..

– И почему же ты в этом так уверена? – Полина снова уставилась на Таби. Глеб прекрасно знал это ее выражение: раздраженное и нетерпеливое. Полина ненавидела, когда что-то шло не по плану, а происходящее иначе как «эпик фейлом» назвать было нельзя. Лишние проблемы ей тоже не нравились, так что Глеб не раз был свидетелем того, как она с пугающим равнодушием вычеркивала из своей жизни неугодных людей.

– Просто знаю.

– Просто… знаешь? – Полина скрипнула зубами. – Предполагалось вообще-то, что челлендж будет анонимным."

"– Мы же лучшие подруги. Поняли все, когда попали в финал.

– Ах вот оно что… – Полина с облегченным и несколько утомленным вздохом откинулась на спинку кресла, которое больше походило на трон. Кажется, кое-кто на кафедре страдает манией величия. – Значит, подру-у-уги.