Северная Корона. Против ветра

– А у меня неотесанных мужланов, – ощетинилась девушка. – Они меня не привлекают.

– Я тебя привлеку, не бойся, – улыбнулся друг Дионова со шрамом на лице.

Они, косясь друг на друга, встали слева от арки – справа находился столик для росписи молодоженов и подушечка, на которой лежали два обручальных кольца, выбранных Мартой вчера в ювелирном салоне. Почти сразу же появились главные герои этого теплого погожего вечера – невеста и жених. В отличие от пары свидетелей, они оба были в чистом белом цвете. Гости зааплодировали еще сильнее, с эмоциями, кто-то даже что-то радостно прокричал.

Александр, у которого на душе из-за этого глупого фарса на душе было мрачно, как в грозовом небе, все же широко улыбался, шагая целеустремленно и уверенно, и никто не мог заподозрить парня в том, что он сейчас не самый счастливый человек в этом торжественном месте.

Марта, которая держала своего жениха под руку – крепко, чтобы вдруг не упасть, тоже старалась улыбаться, но выходило это у нее куда хуже, чем у Дионова. Ее неуверенность и даже растерянность на лице отметили многие гости, в том числе и многочисленные родственники Александра, съехавшиеся на торжество чуть ли не со всей страны и даже из-за границы. Правда, всем им показалось, что эта неуверенность очень милая, ведь совершенно понятно, что эта юная хорошенькая блондиночка волнуется из-за свадьбы.

– Какая прелесть, – наблюдая за Мартой, проговорила негромко одна из пожилых родственниц семейства Дионовых, приходящаяся матери Саши родной теткой. – Очень хорошая девочка.

– И очень ему подходит, – с одобрением кивнул Сашин дядя с маминой стороны, наблюдая за тем, как племянник ведет будущую жену к своеобразному алтарю из живых цветов. – Жаль, что мы раньше ее не видели, но после регистрации, думаю, познакомимся поближе.

– Утонченная девочка, и смущается так мило, – закивала еще одна женщина из клана Дионовых – бизнес-леди, прибывшая из другого города. Александру она приходилось родной тетей. – Утонченная, – повторила она, – не вульгарная. – И бизнес-леди покосилась на некровную родственницу, маму Ларисы, которая на все происходящее смотрела со скепсисом. Хоть ее дочь и очень любила двоюродного брата, сама женщина племянника не жаловала, потому как не могла простить Сашу.