Год Ветра

А почему мне стыдно, что дали медаль? Почему не хотелось, чтобы кто-то знал об этом? Так сильно страдала после случая с пожаром, что мне эта медаль особо и не нужна. А про Лёшу, ребёнка, которого я вытащила, ничего не узнала, как он живёт теперь. Оля всё ещё пьёт или бросила?

Я шла по тёмному пустому коридору обратно. Из актового зала больше не доносились звуки музыки. Но девочки смеялись. Я заглянула туда, а Ветрова не было, одиннадцатиклассницы сами по себе веселились без моего мужа.

Как он быстро обо мне забыл.

Я знала. Кристинка хоть и дебилка и я её не слушала, но она сказала правду. Молодым парням одной девчонки, априори, мало. Так писали во всех статьях, которые Илья запрещал мне читать.

Старинная школьная лестница с мощными перилами улетала вверх и вниз. В открытой двустворчатой двери не хватало одного стекла, опять разбили. На другой двери стёкол вовсе не было, вставлена фанера. Это до ремонта, на следующий год починят.

Они не спустились, а поднялись наверх.

Варя так смотрела на него! С таким восторгом! У неё даже ноги подогнулись, словно она готова повиноваться и всё выполнить, что бы он ни сказал.

Ветер злился. Руки её откидывал от себя.

— Вообще не подходи, — шептал он.

— Я же знала, что ты поднимешься! Ты станешь богатым и знаменитым! Почему не послушал меня, я бы тебя во всем поддерживала? Расскажу ей, если не пойдёшь со мной.

— Не расскажешь, — рыкнул Илья.

— Нет расскажу. Ты мой, и будешь ездить ко мне.

— Я женился на Дане, её люблю, — он заметил меня и замер как изваяние.

Варя тоже глянула на меня свысока.

— Он спал со мной, когда ты сгорела, — сказала она на всю школу.

Ветер оттолкнул Рязанцеву, она надулась на него и с надеждой протянула руки.

Я же спускалась и думала, как же так он успел сделать?

То, что Рязанцева сказала правду, я не сомневалась.

А мне больно. И почему-то страшно. Не хотелось опять одной быть. Но с изменником тоже нельзя оставаться, он никогда не остановится.

— Это неправда, Дана. Она лжёт. Я… Просто был в ужасном состоянии и ночевал у неё.

После пожара и больниц, идти было некуда… Я не понял, как к ней попал. Я не спал с ней! Ночевал только в их квартире. Дана.

Ну почему в таких ситуациях мы верим совершенно враждебным, чужим личностям, а не своим любимым?

Никак не могла разобраться, откуда такая страсть во мне, довериться Варе Рязанцевой, которая унижала Ветрова, когда он жил в бараке и питался лапшой быстрого приготовления? Она его ненавидела за то, что он с ней не захотел гулять.