100 великих узников

Через год после смерти мужа вдова потребовала у пасынков, чтобы те выделили четвертую часть из недвижимых имений, полагавшуюся ей по закону. Но те отказали мачехе, объяснив, что в завещании отца сказано: муж наградил ее имениями еще при жизни с тем, чтобы после смерти его ""жене ничего уже не брать"". Тяжба между пасынками и мачехой рассматривалась в Сенате, потом в Юстиц-коллегии, потом снова в Сенате… В 1736 году Сенат в третий раз высказался в пользу княгини Н. И. Кантемир.

Тогда князь К. Д. Кантемир подал челобитную императрице Анне Иоанновне, в которой пытался доказать неправильность сенатских определений.

""Дело Кантемира"" было внесено на рассмотрение Кабинета Ее Величества, после чего был учрежден Высший суд под председательством самой императрицы. Первые заседания суда были посвящены изучению сенатского делопроизводства, и было установлено, что в этом деле участвовал судья Московского судного приказа Алексей Дмитриевич Голицын — сын князя Д. М. Голицына. Но не он был им нужен, через него они хотели привлечь к ответственности отца. Другой участник ""дела Кантемира"", канцелярист Лукьян Перов, написал ""повинное письмо"", которое и стало основанием для привлечения престарелого князя к ответственности. На основании этого ""повинного письма"" было составлено 28 пунктов обвинений, и в их числе — ""неправильное участие князя Д. М. Голицына в деле Кантемира"".

В середине декабря 1736 года императрица Анна Иоанновна ""высочайше повелела"" допросить князя в Высшем суде. Доставить Д. М. Голицына в суд должны были конногвардейский поручик А.

 Леонтьев и сержант Преображенского полка М. Кавелин. Им предписывалось тайно явиться в дом князя, войти к нему в комнату и ""указом Ее Величества"" пригласить его в суд."

"И что он, князь, на то ответствовать будет, возвратись в Вышний суд, не заезжая никуда и о том не объявляя никому, записать все от слова до слова и рапортовать.

А старый князь Д. М. Голицын в это время лежал дома больной. Получив указ о допросе, он не мог даже двинуться с места, так сильно его мучила подагра.

Поэтому он просил брата своего, М. М. Голицына, сообщить о немощном своем состоянии членам суда. Тот вечером отправился к члену суда графу Ф. А. Головину и просил отложить допрос, пока брат его не выздоровеет. Граф Ф. А. Головин доложил об этой просьбе императрице и убедил ее дозволить подписать ответы М. М. Голицыну, так как брат его не владеет рукой. Однако уже на другой день, 14 декабря, члены Высшего суда повелели поручику А.