Закрытая вечеринка (СИ)

Но, когда он вышел, то в коридоре увидел отца. Тот просто стоял и смотрел – и только убедившись, что Вик выглядит и ведет себя нормально, он немного расслабился.

-Спокойной ночи, - сказал он, и Вик, снова почувствовав, что его пытаются надуть, выставив все дело так, словно они встретились случайно, только досадливо тряхнул головой.

Плохо видеть то, что никто больше не видит. Он читал про шизу и всякие такие ужасы. Он сходил в библиотеку и долго там листал книжку про камни – там цветные фотографии этого самого гранита были в изобилии – и ни слова не понимал. Хорошо бы и себя убедить в том, что ему почудилось. Наверное, это как с обмороком – пока сам не испытаешь, не можешь понять, каково это: когда в глазах темнеет и пол под ногами уплывает. Вик никогда не падал в обморок, и при нем тоже никто не падал, так что знать ему было неоткуда. Он сказал родителям, что гуляет с подружкой, которую провожает после школы, и не возвращался домой, пока не удостоверялся, что отец уже там. Было бы стыдно, если бы его опять принялись встречать и провожать. А тогда на кухне он просто от неожиданности выронил графин – лил себе лил из него в чашку, а потом ненароком поглядел в окно. И оказалось, что оно тоже в него глядит…

При свете дня он обошел палисадник. Собрал старые бутылки и всякий мусор в один большой пакет и заглянул под каждый куст. Ничего, кроме смятого картонного лотка из-под яиц, он не обнаружил такого, что вызвало бы недоумение. К тому, что через ограду могут кинуть упаковку от мороженого или бутылку, он давно привык, но лоток? Лоток оказался загадкой.

В четверг к нему зашла Лола. Лола заходила обычно тогда, когда слишком долго его не видела. В этом случае она решительно брала дело в оборот и не позволяла Вику исчезать с лично ее горизонта надолго. Поначалу она казалась ему одиннадцатой казнью египетской, однако позже он сравнивал ее всего лишь с гигантской акулой-убийцей. Той самой здоровенной механической акулой, которую Спилберг снимал в своих культовых «Челюстях». Большая, страшная, да – но не опасная тем, кто знает к ней подход. Лола была ниже его на голову и напоминала нежный трепетный пончик, однако при ближайшем знакомстве сразу же расставляла все точки над «И». А еще она принесла какао. Сразу четыре литровых пака – извлекла их из сумочки с ловкостью фокусника, умеющего доставать кроликов из цилиндра. Выставляя их в ряд перед немного ошарашенным Виком, Лола заметила:

-Нас на французском осталось семь человек и препод.