Ваш ход, миссис Норидж

– Надо думать, Шарлин Грант опять принялась за свое, – озабоченно заметила мисс Даблиш. – Интересно, кому на сей раз ее отец будет возвращать украденное.

Мисс Пасифайр покачала головой и строго заметила, что, будь она устроительницей базара, мисс Грант близко бы не подпустили к нему.

– И все же ты к ней слишком строга. – Джун подняла к гувернантке гладкое круглое личико, обрамленное начинающими седеть кудряшками. – Рассудите нас, дорогая. Айрис обвиняет глупышку Шарлин в воровстве, я же считаю, что она не владеет собой. Это что-то вроде…

Она запнулась, подбирая слово.

– Мании? – предположила гувернантка.

– О да! Мисс Грант не может удержаться, чтобы не стащить что-нибудь с прилавка. Больше всего она любит украшения.

– Хорошая порка вылечила бы ее раз и навсегда, – буркнула Айрис.

Миссис Норидж выразила вежливое сомнение в успехе этой затеи.

– Боюсь, если это действительно навязчивая склонность, или, иначе говоря, мономания, физическое воздействие бесполезно. Как, впрочем, и внушение. Я полагаю, это род заболевания, хоть от него и не существует лекарств.

– Вот видишь, Айрис! – обрадовалась мисс Даблиш. – Я совершенно того же мнения!

– Истерия, – авторитетно заявила мисс Пасифайр. – Вот в чем корень всех зол!

– Ах нет же! Я читала, проявление этой… склонности связано с особыми днями у женщин.

Произнося эти слова, мисс Даблиш понизила голос и покраснела.

Миссис Норидж заметила, что обе теории представляются ей чрезвычайно любопытными, однако не объясняют, отчего навязчивое воровство присуще и мужчинам."

"– А ведь вы правы! – воскликнула мисс Пасифайр. – Помнишь преподобного Лоусона, Джун? Он не мог уйти с обеда, не захватив с собой чайную ложечку. Такой милый человек, застенчивый… Его все жалели, но к его приходу доставали ложки попроще, хоть он и расстраивался, бедняга.

Джун закивала изо всех сил, так что ее кудряшки запрыгали по лбу.

– Я уверена, вокруг нас больше… как вы сказали, Эмма? Мономанов? – вокруг нас куда больше мономанов, чем мы думаем! Взять хоть тот странный случай с Дороти Коупленд!

Мисс Пасифайр даже приостановилась.

– Да-да, совершенно необъяснимо! Украсть их мог только одержимый.

– А ведь Дороти шьет их вот уже десять лет подряд.

– Если бы преподобного Лоусона не перевели в другой приход, впору решить, что он разочаровался в ложечках и воспылал симпатией к одеяльцам.

– Ах, ветреный мистер Лоусон!

Мисс Пасифайр и мисс Даблиш засмеялись.

– Простите, но о чем идет речь? – спросила миссис Норидж.