Тёмные не признаются в любви

– Не смотри на меня своим особым следовательским взглядом! Честно, я не знаю.

– Честно-честно?

– Мне проще вообще промолчать, чем обманывать.

– Ты права, согласен. Что планируешь делать?

– Ничего. А зачем? Ну подумаешь, у меня нет теперь кредита доверия в банках… И вообще, это перед богами я принадлежу к неизвестному роду, перед людьми и по документам я – все та же Элеяра Кимстар.

Брат мои доводы назвал разумными.

– Что ж, спасибо за подсказку с Кариссой, – поблагодарил он, прощаясь.

Из лазарета возвращались в корпус университета в задумчивом молчании. Было о чем поразмыслить. Джаред заявил, что сдаст меня магистру Рутху с рук на руки и только тогда уйдет заниматься расследованием.

Погода изменилась: задул колючий ветер, небо затянули пепельные тучи, сокращая светлое время суток. Срывался снег. Мелкий, мокрый, мерзопакостный. Снег, который, попадая на лицо, уничтожал все усилия девушек по наведению красоты. У Кариссы точно потекла бы тушь…

Сердце сжалось от дурного предчувствия. И вроде нет в ситуации сверхужасного, главное, сокурсница жива осталась. Поспит после укуса, восстановится – и проснется. По словам Джареда, ей не нанесли метку жертвы, самый поганый вампирский знак, просто отпили пару глотков. И все же стало страшно за Кариссу, и я не скоро избавилась от этого ощущения.

У подножия ступеней, ведущих к крыльцу университета, кромешник попросил быть осторожной.

– Старайся не оставаться в одиночестве, Элея, будь всегда на виду.

– Как вы думаете, вампир специально проник в КУМ, чтобы напасть на участниц отбора? Или не сдержал инстинкты?

– Будь у меня ответы, поиски давно закончились бы.

– А у вас есть подозреваемые?

– Восемь. Еще у четверых вампиров из специального отдела полиции был доступ в студгородок.

Если бы умела, я бы присвистнула. Поколебавшись, все же спросила:

– Лорд Грегерсон в их числе?

Джаред сбился с шага.

– Элея…

– Знаю-знаю, он ваш друг, вы давно знакомы, и он как-то связан с вашей работой, но ведь люди меняются! А у него похитили жену – есть повод для душевной боли и помутнения рассудка. Простите, я не хотела очернить его имя, но лучше рассмотреть все варианты…

Я тараторила, опасаясь, что Джаред не позволит высказаться. Но нет, он выслушал и терпеливо объяснил, почему не согласен со мной:

– Арк – последний вампир рода Грегерсонов, ни детей, ни близких родственников у него нет. А жену его, увы, не похищали – она погибла при пожаре два года назад.