Тёмные не признаются в любви

Видеть сокурсника – плохая примета, день не задастся, и, учитывая, что я координатор темных и вчера перешла некую черту в отношении одного из них, на душе неспокойно.

Ох, зря я изменила своей привычке пользоваться лестницей! А все Мадлен, настояла на том, что лифтом быстрее…

– Доброе утро! – в один голос поприветствовали мы старшего мага."

"Я – оживленно, невзирая на присутствие Аллара, Мадлен – глухо. Она как-то сжалась, будто пытаясь стать незаметнее. Странно… Она боится магистра? Или его дурака-племянника? А что, если парень пытался за ней приударить? Он ведь не пропускает ни одной симпатичной девчонки. Да, на ней очки, но за ними-то красавица! Вдруг Аллар об этом прознал и донимал ее?..

От подобного предположения у меня кулак разболелся – помнил, помнил еще, как встретился с лицом противного парня, попытавшегося зажать меня в углу пустой аудитории.

– Доброе утро, адептки, – отозвался магистр приветливо.

– Привет, – панибратски бросил его племянник, а одними губами, беззвучно добавил: – Недотрога.

Я сделала вид, что не поняла, что его вообще не существует. Игнорирование злило парня – вот и сейчас он чуть слышно выдохнул сквозь зубы.

– Ночь прошла тихо, здание стоит, значит, вы сегодня спали, Мадлен, забросив эксперименты? – добродушно спросил помощник ректора.

Девушка что-то смущенно пробормотала.

– Или на вас положительно влияет новая соседка? – не унимался преподаватель, продолжая подтрунивать. – Если так, то я рад за наше общежитие. Можем спать спокойно – не задохнемся и не взорвемся до утра.

Рутхи жили здесь же – университет, по слухам, предоставлял своим сотрудникам, их семьям, настоящие апартаменты.

Маг выговаривал с насмешкой – Мадлен тушевалась еще сильнее.

– Простите, старое больше не повторится, – прошептала она наконец.

Ее муки закончились – лифт выпустил нас на первом этаже. Она не рванула прочь, как я ожидала, медленно поплелась рядом.

– Кимстар, мне сообщили о вашем назначении. – Глубокий, богатый на тона голос магистра утратил краски. – Мужайтесь, девочка, давелийцы – еще те звери, когда узнаешь их ближе.

Неподдельное сочувствие и то, что мужчина машинально потер левое плечо, сказали о многом. Он помнил прошлое и не простил. Слышала, что в молниеносной войне он не только потерял родственников, родителей Аллара, живших как раз в курортном городке на источнике, откуда и началось наступление темных, но и обзавелся огромным шрамом. Шрамом, который оставил вампир в боевой форме.