Двойня в подарок-2. Семья

Но как одному жить без жены и детей. Пусть эгоизм восьмидесятого уровня, но я давно привык засыпать и просыпаться в обнимку с Лерой. Привык к дочкам. Как я жил раньше без семьи? Не понимаю!

— Тимофей Сергеевич, можно?

В кабинет норовистой кобылой вламывается Нина.

— Я занят! — рыкаю я, возвращаясь в исходное положение. — Дверь закройте.

— А я вам кофе принесла, — не сдается манерная красавица. Растягивает губы в улыбке. А глаза мертвые, будто у снулой рыбы. Вроде красивая баба, но нет в ней жизни. Все силы на гадости ушли.

— Я не просил, — смотрю я сквозь зарвавшуюся девицу и раздраженно зову личного секретаря: — Почему у меня в кабинете посторонние? Отвлекают!

Нина обалдело смотрит на меня, а затем, круто развернувшись, спешит к выходу.

— Ты еще пожалеешь, — роняет она гневно.

Прикольно! Этой я тоже насолил?

И как только захлопывается дверь, перевожу взгляд на диван, виднеющийся в проеме комнаты отдыха.

Может, за этим и приходила, стерва?

Поморщившись, снова мысленно возвращаюсь к Богдану.

Жалко его! Лишь бы выжил.

Обязательно поднимем на ноги. Я никаких бабок не пожалею. Витя тоже!

Но где-то в глубине души ядовитой змейкой вползает гадский инсайт: хоть теперь Богдан не будет рядом с Лерой тереться.

Ничего не было. Точно знаю! Но блин… Осадочек-то остался.

Сумрачным взглядом упираюсь в часы. Половина четвертого, блин!

Здесь заночевать или домой поехать? Тут проще. Нет смысла тратить время на дорогу туда и обратно. А значит, можно без проблем выкружить лишний час сна.

Но мне безумно хочется обнять Леру, сбросить к чертям собачьим морок сегодняшней ночи и хоть немного почувствовать себя живым.

Меня заказали. Глупость, конечно! И полкан наш решил перестраховаться. Но весь последующий день меня не покидает дурацкая мысль.

Словно со стороны смотрю на Леру и детей. Я уже не здесь. Одной ногой там. Дело решенное. А как они? Справятся ли?

Поздно вечером перебираю все договоры, документы. Нужно Лере все рассказать. Расписки, инвестиции. Вся неофициальная часть. Главное, кто и сколько торчит мне.

Жена должна знать. А Богдан стребует.

Прикрываю глаза. Вот что я чувствую, зная о готовящемся покушении? Страх?

Просто полное разочарование. Пожил мало. Не успел насладиться жизнью с женой и дочками. Не увижу, как они повзрослеют. Не узнаю, за кого замуж выйдут. Не буду ворчать на этих придурков, их мужей. А еще Лера…

Делаю глубокий вздох, полный скорби и жалости. И задыхаюсь от негодования.

«Да фиг вам, жеваный крот! — усмехаюсь я ощерившись.