Двойня в подарок-2. Семья

— Лера-а, — выдыхает Морозов, склоняясь с поцелуем. — Иди ложись. Я еще немного посижу и приду.

— Хорошо, — улыбаюсь, смаргивая слезы. Обняв мужа, утыкаюсь лицом ему в грудь. — Тимочка мой, — в диком порыве обхватываю его лицо ладонями. Покрываю небритое лицо поцелуями.

В душе мгновенно растворяется ком обид и подозрений.

Мы вместе! Мы-семья!

Получив легкий шлепок по попе, несусь наверх радостная. Муж любит меня. Все хорошо. Хорошо.

Первым делом отправляюсь в душ. Стою под теплыми струями в предвкушении жаркой ночи.

— Тима-Тима, не пройди мимо! — напеваю, расчесывая волосы. Завернувшись в банное полотенце, выхожу в спальню.

Пусто. Муж еще не появлялся. Немного коробит. Но это же пустяки. Правда?

«Вот и хорошо! — решительно обрываю стон разочарования. — Еще есть время приготовиться».

На цыпочках бегу в гардеробную. И выудив новую красную ночнушку, купленную незадолго до болезни дочек, внимательно смотрю на тонкую сетку и кружево. Такая вещица не скрывает, а выставляет на показ.

Но это сейчас то, что надо!

Улыбаюсь плотоядно, словно истинная жрица любви.

Морозову должно понравиться!

Осторожно заглядываю в детскую. Девчонки спят. Муж вот-вот придет.

А что еще надо для счастья?!

Подойдя к зеркалу, снова разглядываю себя. Накручиваю на палец послушные волосы и улыбаюсь довольно.

«Муж, ну где же ты?» — зову мысленно. И проверив радио-няню на тумбочке, падаю в постель. Накрываюсь одеялом чуть ли не с головой. Вдыхаю аромат свежего белья. И задыхаюсь от томления.

— Тима, я жду, — бурчу недовольно.

Вздохнув нетерпеливо, ворочаюсь в постели. Провожу ладошкой по гладкому сатину. И пытаюсь представить себя со стороны.

Красивая женщина в красном лежит на белоснежных простынях.

«Может, раскрыться?» — представляю, как Морозов входит в спальню и застывает обалдело. Убрав в сторону одеяло, переплетаю ноги, выгибаюсь дугой. Красное кружево выгодно подчеркивает грудь. А сетка скрадывает небольшой животик. Замираю в странной позе, увиденной на странице глянцевого журнала. И снова прислушиваюсь.

Никто не бежит по лестнице, перепрыгивая через ступеньки. Не врывается в спальню. Не прыгает в кровать с разбега.

«Не спешит он ко мне. Что могло произойти за две недели?» — спрашиваю себя и не нахожу ответа.

Умерла свекровь. Мне бы быть рядом с мужем в такой момент. Поддержать. Просто обнять. Но судьба распорядилась иначе. Никто не виноват… И так переволновались за девчонок.

И сейчас бы кинуться друг к другу…

«Спи уже», — приказываю себе.