В тени пирамид

Египтолог Батищев, источавший запах гаванских сигар и одеколона «Аткинсон», вдруг сказал:

– Сдаётся мне, Клим Пантелеевич, что убийца, которого вы ищете среди пассажиров, должен быть неплохим художником, – затем он повернулся к Сарновскому и спросил: – Фауст Иосифович, а вы помните эскиз да Винчи «Мученичество святого Себастьяна»?

– Его трудно подделать?

– С первого взгляда кажется, что это по силам любому художнику, но на самом деле там много нюансов, связанных с импровизацией и полётом фантазии мастера. В наброске присутствует воздушность образа, который очень непросто передать тушью на бумаге. Карандашное исполнение упростило бы задачу, но тогда это был уже иной материал и другие линии… И бумага… Где сейчас такую найдёшь?

– А сколько времени бы ушло на создание копии? – осведомился Клим.

– Всё зависит от уровня мастерства, но… я думаю, что за неделю можно управиться, если имеешь навык работы с тушью.

– Архитектору это по силам?

– Вполне. Только вот чертит он не гусиным пером, а рейсфедером, но тут просто надо потренироваться.

– Да, – протянул Батищев, выпуская сигаретный дым, – продажа подобной редкости на аукционе принесёт такую кругленькую сумму, что можно забыть о необходимости зарабатывать на хлеб насущный и ни в чём себе не отказывать: путешествовать по миру, жить так, как хочется, и ни от кого не зависеть.

– Всё так, – согласился Клим, – только вот, чтобы заиметь этот небольшой кусочек бумаги с именем великого мастера, надобно сначала изготовить копию эскиза, потом ухитриться подменить подлинник и прикончить пару людишек.

– Вы меня, случаем, не подозреваете, Клим Пантелеевич? – спросил Сарновский.

– Все, кто умеет рисовать, входят в первый круг подозреваемых, – заключил Батищев.

– Стало быть, нас, предполагаемых убийц, двое: декоратор Матецкий и я?

– И пассажир второго класса, бывший сосед покойного Бубело по каюте архитектор Юрий Савельевич Стадницкий, – добавил Клим.

– Теперь понятно, почему вы упомянули профессию зодчего.

– А вы не расстраивайтесь, Фауст Иосифович, – вмешался учёный и заметил: – Во второй круг подозреваемых входят все те, кто не вошёл в первый. И это легко объяснимо: каждый мог заказать картину у любого художника. Так что я тоже потенциальный убийца… Да, Клим Пантелеевич, нелегко вам будет отыскать злоумышленника. От Пирея до Александрии всего двое суток пути. В Египте все сойдут на берег – и поминай как звали.