Мертвое ущелье

Сколько же немцев? Один, два или, может, целый взвод? Тогда ему, Лихареву, конец, если их много... Но он и пожил немало. Надо уметь и умереть с честью. Старик улыбнулся своим мыслям.

Снова сел, потрепал по голове лежащего рядом Помора, тот завилял хвостом и лизнул руку хозяина.

Охотник взял карабин. В третий раз за сегодняшний день вынул затвор, протер канал ствола, хотя он и так сверкал чистотой, смазал тонким слоем ружейной смазки. Разобрал, протер, смазал и собрал затвор. Снова зарядил карабин, не досылая патрон в патронник, утопив пальцем верхний патрон в магазинной коробочке, закрыл затвор. Поставил карабин у стены. Он любил и берег свое верное и точное оружие.

Время уже приближалось к полудню. Было слышно, как за окном шумит тайга. С моря дул свежий ветер. На плите кипел чайник и поспевала похлебка. Надо было покормить собак да и самому поесть. С вечера ничего не ел, не хотелось... А поесть надо. Да и пора уже начинать войну с этими... Нечего дожидаться у моря погоды. А погода сегодня как раз самая благоприятная: потер скрывает все шорохи в лесу. Легче будет подобраться к ним, к этим гадам ползучим. Идти надо налегке. Ничего не брать, кроме карабина.

14. НЕВИДИМАЯ НИТЬ

Снова нужна была добыча, и юноша ушел на охоту, как обычно, вместе с Хромым во второй половине ночи, ближе к утру. Двинулись в глубь тайги, в сторону, противоположную от побережья. Пересекли всего два оврага и знакомую сосновую рощу, как Хромой зацепил след оленя и пошел по нему.

На этот раз им повезло. И след быстро обнаружили, да и лежка зверя оказалась неподалеку. Прежде чем залечь, олень сделал петлю и возвратился к своему следу с подветренной стороны. Тот, кто пойдет за ним, должен обязательно пройти мимо лежки, и олень его наверняка учует.

Но Хромой оказался хитрее. Он угадал, что олень залег в небольшой сосновой рощице на бугре — очень удобное место для лежки,— и волк пошел не по следу, а напрямик."

"Шагов за сто верхним чутьем обнаружил запах добычи и крался уже точно к цели, на запах. Подобрался на расстояние прыжка, на миг замер и прыгнул. Бросок его был молниеносным. Волк успел рвнуть зубами горло быка и вцепиться снова. Крупный бык, уже вставший на ноги, не сумел сделать и шага с висящим на нем волком. Он рухнул, захлебываясь своей горячей кровью...

Сразу же подоспевший Игнат быстро освежевал тушу, разделал и, как обычно, связал для переноски.