Славянский разлом. Украинско-польское иго в России

В общем-то представить, куда вывела бы в конечном итоге подобная политика украинизации, несложно.

Однако она так и осталась манящим миражом, поскольку борьба в большевистских верхах привела к резкому идеологическому развороту, инициированному Сталиным. С начала 1930-х годов национально настроенные группы, существовавшие в республиках, подверглись демонстративному уничтожению. Началось всё с Украины, где прогремел процесс по делу Союза освобождения Украины, проходивший в 1930 году в помещении Харьковского оперного театра. Как сообщали газеты, эта подпольная контрреволюционная организация противопоставляла местное крестьянство — носителей подлинного национального духа — рабочему классу, состоявшему преимущественно из пришлых великороссов, боролась за независимость, стремясь к отрыву республики от советского государства с последующим свержением социалистического строя. Национальные идеи в республике воспевала интеллигенция, которая романтизировала украинское прошлое. Спустя непродолжительное время покровители такой политики в руководстве ЦК КП(б)У в лице Шумского, Скрыпника и другие были репрессированы.

Время национальных приоритетов уходило в прошлое, уступая место патриотической доктрине, которая становилась новой основой империи. Русский народ провозглашался самым передовым в мире, оказывающим бескорыстную помощь другим братским народам. «Правда» писала: «Всей силой своего могущества РСФСР содействует бурному росту других советских республик… все нации, освобождённые от капиталистического рабства, питают чувства глубочайшей любви и крепчайшей дружбы к русским братьям… Русская культура обогащает культуру других народов». Иначе говоря, русский народ объявлялся «старшим среди равных»; им гордятся, как гордятся своим старшим братом. Именно русские подняли знамя освобождения, совершили Октябрьскую революцию и указали другим путь к светлой и радостной жизни.

О том, как в новой доктрине уживались интернационалистические ноты и патриотические мотивы, можно продемонстрировать на примере А. С. Пушкина. В СССР его реабилитация и признание величайшим русским литератором произошла в начале 1930-х; до этого он считался типичной буржуйской обслугой. К 1937 году — к столетию со дня гибели поэта — в стране уже процветал его культ. Теперь его именовали подлинным сыном русской земли, чьё творчество связано с ней тысячами неразрывных нитей. Но Пушкин настолько велик, что его произведения близки всем народам, прежде даже не слышавшим его имени.