Славянский разлом. Украинско-польское иго в России

Разумеется, навязанную сверху церковную реформу романовская научная школа в качестве причины разгоревшихся конфликтов рассматривать не могла. О религиозном расколе вообще старались упоминать как можно реже. Достаточно почитать В. О. Ключевского или С. М. Соловьёва, чтобы увидеть, насколько мизерно то внимание, которое уделяли ему маститые профессора. В их глазах сопротивление благим церковным преобразованиям — удел незначительного числа невежественных фанатиков, обитавших в маргинальных нишах. В советский период проблематика религиозного раскола второй половины ХѴІІ века также не приветствовалась, прозябая на периферии исследовательского поля в силу общей марксисткой зашоренности.

Сегодня, конечно, ситуация изменилась, и трагическая страница нашей истории вызывает гораздо больший интерес. Его поддерживает круг учёных и энтузиастов, популяризирующих исторические, этнографические и краеведческие аспекты. Учитывая сделанное ими, на повестку дня выдвигается новое прочтение церковной реформы и прежде всего та глубокая враждебность, с которой она была встречена в различных слоях общества. Масштабы народного недовольства, смятение низшего духовенства, брожение в верхах — все эти потрясения, объединённые знамёнами старой веры, будет справедливым определить не иначе как гражданская война. Именно это понятие, на наш взгляд, лучше всего применимо к череде бурных событий, вызванных Большим собором 1666–1667 годов.

К этому времени серьёзный очаг сопротивления уже тлел на севере, где располагался знаменитый Соловецкий монастырь. Это — крупный духовно-культурный центр России, покровительство которому оказывали государи начиная с Василия III. В обители собрано богатейшее книжное собрание, со всех уголков страны туда устремлялись паломники. Прекрасно укреплённые Соловки имели также и военное значение, являясь оборонительным форпостом региона. В признанном духовном центре — хранителе благочестия — критически отнеслись к церковным новшествам, заявленным собором 1654 года. Неприятие усилил тот факт, что их инициатором выступил Никон. Его здесь очень хорошо знали, поскольку до избрания патриархом тот с 1649 года возглавлял Новгородскую епархию, в ведении коей находился монастырь. Никон сразу предпринял атаку, пытаясь урезать давние привилегии Соловков. Принадлежность к кругу, заправлявшему на тот момент церковной жизнью, позволила ему получить право суда в обители, ранее неподсудной Новгородскому митрополиту.