В объятиях убийцы

В его глазах я не заметила облегчения, и это меня очень порадовало.

– Домой? Но разве тебе здесь плохо?

– Мне здесь хорошо. Но у меня есть свой дом и семья, я по ним соскучилась.

– Ну навестила бы их.

– Ты не понял, милый, – мягко сказала я. – Я хочу жить дома самостоятельно. Мне надо очень много сделать, я и так потеряла кучу времени.

– У тебя теперь будет другая жизнь. Ты ведь тоже изменился. Тебе надо много работать, бывать с людьми, ты будешь ездить за границу. Алик, я не собираюсь висеть камнем у тебя на шее.

Я не хочу, чтобы ты чувствовал себя виноватым, зная, что я сижу тут нечесаная в халате и смотрю в одну точку. Ты должен общаться с женщинами, а так ты не сможешь сюда никого пригласить.

– Но я вовсе не хочу водить сюда никаких женщин! – возмутился он. – И это ты мне предлагаешь после того, что у нас было вчера!

– Милый, кошмары кончились, и твой, и мой, начинается новая жизнь. Я уйду из библиотеки, пойду на какие-нибудь курсы, найду интересную работу, хочу поездить, в Париж хочу!

– Я заработаю денег и отвезу тебя в Париж!

– Я сама хочу! А знаешь, что я сделаю завтра прямо с утра? Вымою все окна у нас в квартире.

Июнь на дворе, сестре вечно некогда, а маме одной тяжело.

– Значит, мы больше не увидимся? – упавшим голосом спросил он.

– Конечно, увидимся, дурачок! Ведь нам так хорошо вместе. И сюда я буду приходить, но только если ты сам позовешь. А теперь поцелуй меня на прощание.

Через пять минут я отдышалась и спросила:

– А ты зачем пришел?

– Заскочил переодеться. Вечером прием в шведском консульстве и банкет, надо переводить.

– Ну давай выйдем вместе, донесешь мне чемодан до метро.

Я вышла из лифта на своем этаже и остановилась перед дверью квартиры.

– Ну, мои дорогие, нравится вам это или нет, но я вернулась, – сказала я вслух и нажала кнопку звонка.

Дверь открыла сестра. Она была ненакрашена, в длинном шелковом халате цвета морской волны.

В руке она держала целлофановый пакет.

– О, привет! Ты насовсем?

– Насовсем, а что это у тебя там?

– Огурцы соленые, хочешь?

Анька захрустела огурцом. В глубине квартиры орал телевизор.

– Аня, кто там? – Это матушка выглянула из кухни, держа на весу руки, испачканные мукой.

Я поставила чемодан в свою комнату и прошла на кухню. Мать возилась с тестом. Судя по всему, намечался пирог с капустой.