В борьбе обретёшь ты...Часть 1 (СИ)

Мадам Помфри проворно поднялась из-за стола, выглянула в палату и смерила студентов грозным взглядом:

– Молодые люди, угомонитесь немедленно. Эдриан, успокойся и ложись в свою постель, дай Гарри отдохнуть.

Она вовсе не надеялась, что Пьюси сразу подчинится, и только потому упомянула Гарри – на её памяти Эдриан ни к кому так хорошо не относился. Уловка сработала. Пьюси поник, несчастным голосом попросил у Поттера прощения и покорно побрёл к своей кровати. Он лёг, накрывшись одеялом с головой, и затих. Помфри облегчённо вздохнула и погрозила Нотту пальцем – задира вполне мог заработать от разозлённого Пьюси какое-нибудь гадкое неснимаемое заклятие, вроде незабвенной «шепталки».

А вот Гарри переменился в лице и потрясённо уставился на лежащего ничком Эдриана. Потом закусил губу, вытащил из-под подушки свою книгу, повертел её в руках и решительно пересел на кровать к Пьюси.

– Спи, – он робко опустил руку на плечо вскинувшегося Эдриана. – Спи, пожалуйста, потом поговорим.

Пьюси молча кивнул, уткнулся горячим лбом Гарри куда-то в бок и через пару минут резко обмяк – уснул.

– Жалостливый ты, Поттер, – негромко сказал Нотт, как-то странно кривясь. – Он из тебя верёвки будет вить, попомни моё слово.

Гарри молча показал Нотту средний палец и продолжил чтение.

Палата затихла, но тишина эта была напряжённой, нехорошей. И только Маркус Флинт, простая душа, безмятежно дрых, не ведая, сколько неприятностей обрушится на него после пробуждения.

– Ну что, всё видели? – мрачно спросил Рональд и Невилл огорченно кивнул. Зарёванная Гермиона судорожно вздохнула и принялась аккуратно сморкаться в насквозь мокрый платочек.

В гостиную они неслись почти бегом, причем Гермиона и на бегу успевала всхлипывать. Потом они устроились на диванчике подальше от игроков в плюй-камни и долго молчали, переваривая впечатления от визита в Больничное крыло.

– Прошляпили мы, – Рон тяжко вздохнул и с силой дёрнул сам себя за ярко-рыжий вихор на лбу. – А ведь директор Дамблдор предупреждал, помнишь? И не в учёбе дело, Грейнджер. Малфой тоже умник не из последних, а редкостная дрянь.

– Но я же… – Гермиона запнулась, поморгала опухшими веками и с усилием продолжила: – Гарри так старается улучшить свою успеваемость. Конечно, он не очень способный, и поэтому ему приходится много усилий для учёбы прилагать, но ведь он хороший мальчик, старательный.

И она опять принялась утирать слёзы.

– Кто о чём, а Грейнджер о книжках, – сокрушённо помотал головой Уизли.