В борьбе обретёшь ты...Часть 1 (СИ)

Да и были ли они, эти поступки? Жизнь с самого рождения тащила его за шкирку, не обращая внимания на то, успевает ли её нелюбимый подопечный перебирать ногами или просто волочится следом.

Снейп уронил голову на скрещённые руки и невесело рассмеялся. Как-то раз Драко, немного повёрнутый на историях о некросах, рассказал ему о некромантской башне, предположительно находящейся в чаще Запретного леса. Построил эту башню некий Эмметт Красноголовый лет триста назад и уединился там для проведения опытов весьма сомнительного толка.

Крестник размахивал руками и расписывал, сколько сокровищ можно оттуда извлечь, а Северус размышлял, что его вполне устроила бы и пустая башня. Жить посреди Запретного леса, куда даже совы не долетают – это ли не счастье!

Однако, судя по всему, весёлая и интересная жизнь в башне откладывалась на неопределённое время. Открытой борьбы с Верховным чародеем их разношёрстной компании не выдержать, поэтому придётся заняться саботажем – надо думать, этот вульгарный магловский способ выживания тоже будет работать в магическом мире. А там будет видно.

Оставалась ещё одна проблема, о которой Северус не рассказал Помфри за недосугом. Магнус Нотт, заботливый родитель, сегодня утром переполошил весь Слизерин и не на шутку озадачил Дамблдора.

В Хогвартс глава Ковена явился ещё до завтрака и первым делом направился в Больничное крыло, нахамив по дороге профессору Макгонагалл. Пробыл он там недолго, только взглянул на сына и коротко переговорил с мадам Помфри. Потом Нотт направился в подземелья, нахально игнорируя переданное через Филча приглашение зайти в директорский кабинет.

В принципе, более необходимого Снейп не нервничал. О визите лорда Нотта он был осведомлён накануне, и своей вины в недомогании ноттовского отпрыска не видел.

На первый взгляд Нотт не слишком изменился со времен Лорда – тот же грубоватый солдафон с двусмысленными шуточками и заливистым ржанием по поводу и без повода. Другое дело, что Северус никогда в жизни ещё не был объектом этих шуточек. Неприятное чувство, хотя умом Снейп понимал, что Нотт держался фривольно, но в рамках пристойного, и разговаривал так, будто они давние приятели.

Вот только приятелями Нотт и Снейп никогда не были.

Северус запаниковал, увидев, какими понимающими взглядами обмениваются старшекурсники, и услышав словечко «бесхозный». Насчёт своих красоты и обаяния он не питал иллюзий ещё с пятого курса, но Нотт мог оказаться таким же извращенцем, как и Люциус.