Сердце из тьмы и тумана

Я потрясла головой, надеясь, что странный сон закончится и я открою глаза в спальне, с воспаленными от ночи слез глазами. Мы правда сидим с директором Школы темных в лесу, рядом с телом Олбрана и Дарком без сознания, и рассуждаем о магии?

– Но я ничего не чувствую… как я могла это сделать?

– Так же, как он сделал это. – Кейман кивнул на странное пламя, пожирающее тело твари.

– А что он сделал? Что здесь вообще случилось?

– Полагаю, Даркхолд искал Олбрана. Инстинктивно вышел к средоточию темной магии, увидел мертвого друга, сорвался и сжег левиафана, но даже этот всплеск не погасил магию внутри. В такие моменты им очень больно.

– Левиафан? Так эта тварь называется?

– Да, одна из зверушек бога тьмы Акориона. Он любил создавать что-то такое. Большая часть таких тварей погибла во время войны, пламя Хаоса уничтожило их всех. Но, видимо, остались… гм, ты боишься насекомых, да? Потому что я хотел сказать «кладки яиц», но теперь сомневаюсь…

– Вы уже сказали, – пробормотала я, чувствуя, как кружится голова.

Но не потому, что я боялась насекомых, особенно тех, что размером с небольшой сарай, я вообще их почти не видела. Просто вдруг закружилась голова и подкатила тошнота.

– Это всплеск магии, – сказал магистр. – Не такой, как у Даркхолда, но может быть неприятно. Дыши глубоко.

– Что это за магия? Пламя Хаоса?

– Темная. Очень редкая. Если верить легендам, доступная лишь богине Хаоса и Смерти. Но, как мы видим, иногда все же встречается. Единственная магия, способная уничтожать все на своем пути. Все, включая души и пространство. Строго говоря, это даже не огонь, а сам Хаос, превращающий в самого себя все, до чего дотянется. Мы все вышли из него и рано или поздно все в него вернемся. Я рассказывал вам на лекции.

На всякий случай я отодвинулась как можно дальше от пылающего левиафана.

– Надо его остановить, – задумчиво сказал Кейман. – А я не умею. Вот печаль-то. Если доберется до замка…

– Прилетит злая женщина с боевым аллигатором и испортит всем веселье.

– Алли… Я вас иногда не понимаю.

– Разве не таким должен быть директор школы магии? Чудаковатым магом, изъясняющимся афоризмами. Но ты права, неуместное время для шуток. Я попробую привести его в чувство. Лучше, чтобы в этот момент Даркхолд тебя не видел. Да и вообще не знал, что ты была здесь. Мальчишки довольно болезненно переносят удары по самолюбию и собственные проявления слабости. С ним все будет хорошо. Ты сможешь вернуться к школе?

– Да. Смогу, я запомнила.