Цветная музыка сидхе

Голое тело! Совершенно голое!

— Дар?! — изумленно выдохнула я.

— Наконец-то! — шепнул он мне в волосы, после чего быстро стащил с меня ночную сорочку. Сгреб в объятия, буквально оплетя руками и ногами, как дикая лоза, и затих.

— Спи. Я тоже буду спать. Ирму я отпустил, ей тоже нужен отдых.

— Дар, у тебя есть комната и своя постель. Ты не можешь спать со мной. И уж совсем не нужно меня раздевать! — сорвалась я на шипение.

— Могу. И буду. И нужно! Ты обещала, что не позволишь мне впадать в безумие. А если тебя нет рядом, я начинаю сходить с ума, — прошептал он с горечью. — Это выводит из себя, но пока что бороться не получается.

Было приятно. Уютно. Очень тепло, даже жарко. И от него вкусно пахло. И он такой гладкий и горячий. И весь мой. И… и странно, но он не возбужден. Ну, как мужчина. Я-то видела неоднократно, как это выглядит у мужчин, которые хотят женщину. А тут все спокойно. И пока мы утром принимали ванну, тоже ни малейшего признака возбуждения. И потом, когда он голый разгуливал по моей спальне…

А потом я заснула. «Под крылом» своего дракона. Абсолютно ненормального, но моего.

Проснулась утром я не в одиночестве. Более того, даже не на подушке и матрасе. Дару оказалось мало просто объятий, он умудрился втащить меня на себя, и сейчас моя щека покоилась на его мерно вздымавшейся груди.

— Доброе утро, — прошептал он, поняв, что я уже не сплю, и погладил по спине.

— И зачем это? — подняла я голову и уперлась подбородком в горячую кожу своего «матраса».

— Если бы мог, я бы вообще впитал тебя в себя, — невозмутимо пояснил он. Похоже, ни капли смущения или раскаяния в столь странных поступках я от него не дождусь. Лишь ночью он досадовал на себя.

— Почему ты не избавился от шрама на лице? — подняв одну руку, я легко погладила кончиками пальцев его изуродованную щеку. — Ведь на теле были куда более страшные рубцы, а их все убрал целитель лорда Калахана. Некогда было?

— Не для кого было. Я обращался к целителю, он предупредил о возможных последствиях. То, что на щеке, — след от магического оружия. В роду Эндариля много редкостей и артефактов, одним из них он и ранил меня тогда, давно. Что же касается лечения… У меня и так не все в порядке с головой, как оказалось, а при вмешательстве целительской магии в это последствие я могу сойти с ума в прямом смысле этого слова.

Я гладила жесткий выпуклый рубец и молча рассматривала лицо дракона сквозь полуопущенные ресницы.

— Ты красивый. Раньше, наверное, был еще красивее.