Триггер

Этих мгновений, когда он ругается, цедя мат вперемежку с эпитетами вроде «сука», хватает на то, чтобы рвануть к выходу из квартиры, схватить по дороге сумку и устремиться прочь."

"Несусь по лестнице на безумной скорости, а в голове лишь одна мысль: «Только бы ноги не переломать, иначе Персидский настигнет». И стоит быстро сесть в машину, бросить сумку невпопад на сидение и сорваться с места, как на меня накатывают рыдания. Это — выход того стресса, который я пережила. И мысли о том, что теперь уж точно не вернусь в эту чёртову квартиру.

Никогда. Даже если небеса разверзнутся и меня туда погонит огонь из самого ада. Самое время сделать то, о чём мне твердили приятель Тамары и Евгений. И к чёрту всё! И пусть на суде Персидский жалуется сколько влезет, что я играю нечестно. Пусть судья встаёт на его сторону, делает что захочет. С меня хватит. Именно сейчас, когда слёзы застилают глаза, а я вцепляюсь в руль побелевшими пальцами и бросаю взгляды в заднее зеркало, опасаясь, что Вадим может за мной погнаться, я понимаю, что это всё.

Завтра же свяжусь с Томой, которая предлагала мне посодействовать в поиске новых «прекрасных» жильцов. Она пусть этим и занимается, раз у неё руки чешутся сделать жизнь Персидского и Майи невозможной.

«Катя, что мы творим?».

Ну, надо же! Ещё недавно, я бы всё отдала за эти слова, сейчас же когда вспоминаю прикосновения Вадима, меня тошнит.

«Мы всё разрушили…».

Мы разрушили! Мы! Не он со своей чёртовой Майей, а мы с ним.

Сволочь…

***

Не думал, что снова начну бояться.

За женщину, которая рядом со мной. Это какое-то совершенно необъяснимое чувство. Неконтролируемое, острое, не подчиняющееся разуму. Понимаю в момент, когда испытываю его, что сам себе не хозяин. Не могу управлять собственными эмоциями. И ощущение — что всё сделал правильно. Если и могла рядом со мной быть другая женщина после смерти Танюхи — только Катя. Никто иной.

Всё то время, что мы рядом, я в какой-то грёбаной эйфории. Словно опять вернулся в мои двадцать, окунулся по самую макушку в потребность любить и быть любимым.

Только сейчас есть осознание, что это может быть ненадолго. И совсем неважно, что будет причиной этого «ненадолго». Нужно здесь и сейчас ценить каждый момент.

Даже на расстоянии мы вместе. В редких смс — я просто не привык писать часто и пространно, хотя, мать его, хочется переучиться. В мыслях — постоянно. Когда вижу Катю частью моей семьи. А она так вписалась в представление о том, что значит быть моей, что от этого тоже страшно.