Звездная Кровь. Владыка Теней

Азимандия заткнула ею бронзового Отрекшегося, что забрел в ее Домен, и Всадник тоже не ожидал, что у его добычи окажется подобное оружие, да еще и золотого ранга.

Или… ожидал⁈ Зря он использовал эту руну на фионтаре — ее запомнили. Песня личинки прервалась лишь на мгновение, а Всадник, неуловимо изменившись, выпустил в его сторону множество черных корней… червей, нитей? Тонкие, как веточки, пульсирующие алыми прожилками, они стремительно росли прямо из потеков Тьмы и самого тела Всадника, и тысячей щупалец заполнили покои рикса, мгновенно лишив осколок Единого подвижности. Слабая на вид, эта червивая Руна оказалась невероятно сильна, моментально раздавив Кристалл-Бастион, и его спас только плащ Холодного Пламени.

Он не знал, что это, в наследстве Червей полно мерзости, но вдруг понял, что всего несколько мгновений отделяет его от встречи с Забытым. Ибо червивая паутина росла быстрее, чем Драконий Клинок отсекал, а Холодное Пламя сжигало ее нити, они уже заполнили все вокруг и жадно кусали Скрижаль, заставляя рунный круг вздрагивать и мерцать. Он оказался пойман, как мотылек, бессильно трепыхающийся в центре черной паутины.

Смутная фигура Всадника была уже совсем рядом, его желтые глаза торжествующе мерцали, а Скрижаль — искаженная, нечитаемая — казалась фиолетовым порталом во мрак. Хвала Незримому, Отрекшийся не применял других Рун — управление черными нитями явно занимало его полностью, и, вероятно, только это и спасло Одного из Тысячи.

Вспышка! Сверкающая, серебряно-золотая, она стрелой ударила во Всадника, вырвавшись из пролома, как одна из тех легендарных молний, которыми когда-то владел сам осколок Единого. Темная фигура дрогнула, оплетенная призрачными разрядами, песнь личинки сменилась болезненным визгом, а за первой молнией последовала вторая, пробившая Панцирь Агонии, — потому что стрелку боль была безразлична.

Аур-Тален! Золотое Существо, явно выпущенное Шелковой Тенью, сияло в конце коридора — и древний Держатель Молний не собирался останавливаться! Третья стрела заставила фигуру Всадника расплыться бесформенным комом, уходя с линии обстрела, а Пламени Подобного вдруг обогнула волна гудящего пламени, обратившая в пепел жуткое, заполнившее все вокруг черное плетение. Каласса! Она смогла подняться и выпустить Огненный Ветер — и эта помощь оказалась бесценной, потому что освобожденный осколок Единого наконец-то смог использовать приготовленные Руны.