Я не предам тебя

Как зацеловывает малышку, шепча разные нежности вперемешку с всхлипами, как вздрагивают плечи от сдерживаемых рыданий, и в этот момент хотелось удавиться, что вынужден разлучать их. Только когда малышка выпуталась из дрожащих рук матери и потянула её в сторону, показывая игрушки, отступил – дочь могла выдать его присутствие.

Прикрыв дверь, сделал пару шагов и, вскинув руку, опёрся на стену зажмурив глаза. Сердце разрывалось от боли, от сочувствия, от желания подойти, схватить в объятия обеих и утешить, но нет – нельзя!

Время в общении с дочерью пролетело для Адель как одно мгновение и когда в комнату вошёл Леандор с пожилой женщиной, Аделина с огромным трудом заставила себя выпустить из объятий малышку, не разрыдаться, не устроить истерику с криками и воплями.

Медленно поднимаясь, едва не упала и, бросив прощальный взгляд на доченьку, вышла на ватных ногах.

«Как хорошо, что она ещё такая маленькая, – крутилась у неё в голове мысль, – не вспомнит потом этого ужасного времени. Сейчас она не понимает, что матери приходится уходить от неё, оставляя с чужими людьми! Но я всё исправлю! Я смогу!», – шептала сама себе Адель еле слышно, а когда услышала голос Леандора, позвавшего её на беседу в кабинет, едва сдерживаясь, с трудом глухо выдавила:

– Мне необходимо… необходимо посетить дамскую комнату, привести себя в порядок, – Адель при этом смотрела вниз, боясь разрыдаться при мужчине.

– Вас проводит дворецкий и, баронесса, не задерживайтесь! У меня совершенно нет желания ждать вас и тратить на вас своё время! – Леандор, резко развернувшись, зашагал по коридору.

Всё время пока Дели была с дочерью, Леандор провёл в кабинете. Он то метался по нему как зверь, загнанный в ловушку, то сидел, глядя в стену безучастным взглядом. Когда же время вышло, он медленно поднялся и очень медленно двинулся к детской, чувствуя себя при этом приговорённым идущим на эшафот.

Дверь распахнулась и Аделина, вздёрнув подбородок, уселась в кресло без приглашения. Леандор сразу отметил, как она старательно сдерживает себя, чтобы не сжать кулаки, как покраснели от слёз глаза, и припухла нижняя губка, от того что постоянно её прикусывает.

Аделина, дерзко вскинув взгляд, посмотрела на него. И столько в нём было ненависти, что Леандор почувствовал резкую боль под рёбрами.

Порывисто отвернувшись, прошёл к окну, заложив руки за спину:

– Итак, баронесса, согласно договорённости с коронером вы имеете право навещать дочь только после моего разрешения.