Таверна «Две Совы». Колдовать и охотиться - запрещается

Большего и не требуется!

   Гофур проморгался, покосился на фею, вытер тыльной стороңой ладони губы, протянул мне руку и с глупой улыбкой пробасил:

   – Бенитоита, пoзвольте сопроводить вас в кабак!

   – Ой, плу-ут, - протянула растроганная подруга.

   – Каба-ак? Знаешь что? – начала было я, но замолчала, посмотрев в абсолютно счастливые глаза гнома. Вот на ком я испробую уроки этикеток! – С удовольствием приму ваше предложение, уважаемый Гофур-кузнец.

   Моя рука утонула в широкой мозолистой ладони гнома, неожиданно горячей, будто нелюдь горел в лихорадке.

   – Для этого плетка не нужна, он итак поплыл, – прошептала мне на ухо Фея, одновременно выталкивая в коридор. - Улыбку – шире, подол – выше и пошла, пошла…

   И я пошла. Расправила плечи, подняла подбородок (зря, что ли, меня Сова месяц заставлял ходить с книгой на голове?!), засеменила мелкими шажкамитак, чтобы подол платья не колыхался, а скользил по полу.

   Гофур оказался приятным кавалером: на юбку не наступал, вперед не забегал, с шага не сбивал и что самое главное – не сжимал и не поглаживал мои пальцы, как это любили делать многие постояльцы. Протянут золотой, схватят за запястье и давай тонко намекать на любовь. Брр… Вот от таких любителей выпросить скидку и пришлось поставить на барную стойку охранные амулеты. Сунется ко мне кто чужой, - огреет колдовской волной так, что потом от стенки отскребать приходится.

   – Бенитоита, я прошу вас присесть к нам за столик, - вежливо и без тени иронии предложил гном, поглядывая на меня снизу вверх. - Мы с братьями этикету не приучены, но за дамой завсегда поухаживать сможем.

   Этикету? Теперь понятно, почему Сова каждый раз морщился,когда я ныла на уроках «этикеток»!

   – Я подумаю, – я томно похлопала ресницами и с ужасом уставилась на неумолимо приближающуюся лестницу. Гнома мой ответ устроил, а я чуть не сбилась с шага: как спускаться-то? Подол широкий, в зале полумрак! Я буквально не увижу ступеней!

   Я красочно представила, как кубарем лечу вниз, сбивая по пути перила и проламывая ступени,и чуть не застонала. Ну, Файка, ну удружила. Нарядила меня как куклу самоварную и сейчас хихикает, небось, где-нибудь в закутке.

   Я мило улыбнулась румяному гному и скосила глаза на лестничный пролет. Но вместо ступeни лицезрела лиф собственного платья. Етить. Этo откуда у меня столько «верха» взялось?! Даже подол толком не рассмотреть!

   – Прошу, – галантно пропустил меня кавалер и даҗе чуть поклонился.