Собственность сводного брата

Что на меня нашло, не знаю, но я вскочила и бросила на него уничижительный взгляд. Знал бы он, какая я непослушная. Они уже все решили, а я должна просто согласиться. И вроде бы здорово провести с ним еще время, возможно, найти себе еще одного партнера, но то, как было все решено без моего ведома, убило все желание не просто кататься с ним, а даже говорить. А еще высказать все Ярославу. Да, ему я многое хотела высказать.

Так что рванула в сторону нашего люкса, где помимо гостиной было еще три комнаты. Но его там не оказалось. Скорее всего, он снова тусил с этой Оливией, совершенно забыв про сестру.

Слезы полились, и я не могла их остановить. Закрылась в своей комнате и даже отказалась идти на ужин. И, конечно, маме это не понравилось.

— Солнышко, ты что плачешь? — зашла она в мою комнату и закрыла дверь. — Тебя кто-то обидел?

— Все. Все меня обидели! — не дала я себя обнять. — Вы все считаете меня маленькой. Даже играть не позвали. Он мне все рассказал.

— Мира, детка. Ну мы же звали.

— Ты все врешь! Вы не звали! Я бы не отказалась!

— Да ну? А кто сказал, что ваша монополия фигня, я лучше мультик посмотрю? — слезы тут же высохли, а рот приоткрылся в немом шоке. Потому что я помнила эту свою реплику, брошенную всем.

— А насчет поездки. Почему меня не спросили?

— Ну ведь я была уверена, что ты обрадуешься. Вы все так сдружились, что я не хотела вас так скоро разлучать. Тем более, он может стать твоим партнером. Разве можно упускать такой шанс?

Когда мама ушла, а я съела принесенный ужин, то задумалась о ее словах... Решила, что, наверное, глупо обижаться, ведь никто ничего плохого не хотел. От этого у меня появилось желание потребовать ответа у Яра. Ладно мама, но почему он мне слова не сказал?

Я дождалась, когда все лягут спать, и пробралась в комнату Яра. Он мылся в душе, и я залезла под одеяло. Странно, но я боялась, что он выгонит меня.

И почему все, что делаю, я рассматриваю с его позиции. Даже если мы в ссоре.

Я затаила дыхание, слушая его шаги, как он открывает комод и одевается. В этот момент я думала, что он выше Элиаса. В этот момент я их почему-то сравнивала. Одеяло сорвали мгновенно, а надо мной навис Ярослав в шортах, влажной майке.

Страх смешался с каким-то новым чувством, когда я смотрела на него вот так. Снизу-вверх. Наверное, его можно было принять за влюбленность. Но вряд ли можно испытывать подобное к родному брату. Так что я отмахнулась и стерла каплю с лица, что брызнула на меня с мокрых волос Ярослава.