Священник

Он снова и снова опускал иссоп в чашу, пока верхняя часть рамы не окрасилась в красный цвет, потом стал смазывать кровью обе продольные перекладины косяка. В точности то же проделывала каждая еврейская семья по всей земле Гесем. Их соседи-египтяне перешептывались, глядя на них с недоумением и отвращением.

— Вчера они выбросили из своих домов все съестное, что сделано на закваске.

— А теперь мажут кровью дверные косяки!

Некоторые египтяне приходили к Аарону и спрашивали, как они могут присоединиться к Израилю.

— Обрежьте в вашей семье каждого человека мужского пола, и тогда вы станете как рожденные среди нас.

Лишь немногие приняли его слова всерьез и выполнили повеление. Боясь за свои жизни, они перебирались в землю евреев, перевозили туда свои семьи, слушали и делали все, что Аарон и Моисей говорили своему народу.

Аарон думал о том, что принесет эта ночь остальным жителям Египта. В самом начале ему хотелось отомстить им. Он наслаждался мыслями о мучениях этого народа. Теперь желание мести сменилось состраданием к этим безрассудным людям, которые все еще держались за своих идолов и поклонялись бессильным, несуществующим «богам».

Аарону хотелось как можно скорее покинуть эту разоренную, опустошенную землю. Закончив с косяками, он вошел в дом и как следует запер дверь. В углу лежала гора всевозможных изделий из золота и серебра и дорогих украшений, которые Мариам и его сыновья взяли у египтян. Всю свою жизнь Аарон собирал крохи, обеспечивая своей семье лишь убогое, скудное существование благодаря жалкому кусочку земли и маленькому стаду овец и коз. Теперь же золота и серебра у них оказалось столько, что пора было набивать им мешки. Господь дал милость Аарону, Моисею и всему еврейскому народу в глазах египтян, и те отдавали им все, о чем бы их ни просили, вплоть до самых дорогих вещей. Не задавая лишних вопросов, египтяне давали предметы, которые всего несколько дней назад считали немалой ценностью, — таким образом они надеялись купить милость у Бога евреев.

Но Божья милость не продается.

Заработать ее было невозможно.

В эту ночь серебро и золото потеряло свою ценность и перестало что-либо значить даже для Аарона, который не так давно считал, что богатство может принести ему утешение и спасение от приставников и тиранов. Кроме того, все, что он делал во имя Господа в прошлом, в эту ночь не имело никакого значения. И египтяне, даже предложи они сейчас своим богам все, что имели, не смогли бы выкупить жизни своих сыновей-первенцев.