Средневековая история. Тетралогия

А в драку он не полезет, нет…

Лонс схватился с каким-то щеголем в голубой тунике, отвел его меч в сторону и всадил левой рукой ему кинжал под мышку. Проследил, как оседает тело, еще не принявшее свою смерть — и ринулся дальше.

Это — не благородный турнир. Здесь нападают и втроем на одного, и бьют в спину… и плевать на то, что это некрасиво… ха!

Удар, еще один удар — и на помощь другому.

Все кончается очень быстро — и Лонс оказывается лицом к лицу с бароном, который держит девочку. Рука надежно лежит на шее малышки, а кинжал находится в опасной близости от ее горла.

— Шаг вперед — и я ее прирежу!!!

Что мог сказать в такой ситуации Лонс?

— Ваше сиятельство!!!

Лиля не участвовала в схватке. Даже коней никто не попытался увести. Куда там.

Десяток баронской свиты — на почти двадцать человек Лейса?

Тем более, что первые были без доспехов, а вторые — в легких кольчугах. Первые не ждали нападения, вторые убивали без разговоров. Да и лучники не в носу ковырялись. Рядом свистели стрелы и хлопали две тетивы.

Кольчуги? Дорого, да. Но она сама заказала их Эрику. А местные кузнецы подгоняли по размеру. Если не кормить свою армию — будешь кормить чужую.

И когда раздался крик Лонса — она не бросилась вперед, нет. Пошла медленно и спокойно.

Она никуда не спешит.

Лиля вышла на поляну — и сердце захолонуло.

Наплевать. Важно другое.

Миранда. И кинжал у ее горла. Острый, длинный… рука дрожит, барон не уверен в себе?

Или просто на грани истерики?

Опасно и то, и другое… она справится?

Обязана. Обернулась. Огляделась.

— Стрелы на тетиву. Когда он отпустит Миранду — стрелять в барона без промедления.

И с радостью увидела, что мужчины повинуются. Теперь главное — чтобы барон убрал нож от горла Миранды. А это должна сделать она.

Женщина медленно пошла вперед. Все следили за ее движениями, как завороженные. Лейс кусал губы, но молчал. Сейчас право принадлежало графине. Надо ведь не сражаться. Надо разговаривать… а этим правом обладает только она.

Клив Донтер был в ужасе.

Его собираются убить. Да и убьют, наверное. И очень скоро.

Он — барон, а не какое-нибудь отребье, они не посмеют…

Или пусть хоронят соплячку тоже! Он возьмет ее жизнь за свою! И пусть все катится к Мальдонае…

Но воины не торопились подходить. А потом из-за деревьев вышла — она.

Ее сиятельство Лилиан Иртон.

Статная блондинка приближалась медленным кошачьим шагом, шелестела желтая листва под ее ногами, молчание было таким всеобъемлющим, что было слышно даже дыхание Клива.