Средневековая история. Тетралогия

И местный прислужка принялся тушить фитили. Графиня явно смущала его, он оглядывался, косился, спотыкался…

Из-под ног мальчишки метнулась мышь. Тот дернулся. Плошка и так висела выше его головы. Рука неловко взмахнула, и масло выплеснулось на стену.

Та вспыхнула, как олимпийский факел. Словно ее неделю керосином поливали.

— Берегись!!! — завопил пастер, бросаясь к ребенку.

Насовершать глупостей не дали вирмане, которые оперативно выкинули из храма Лилю с Мирандой, а затем и пастера с ребенком.

— Там кто-то еще остался? — мрачно посмотрел Олаф на полыхающую церковь.

— Н-нет… — пастера била запоздалая дрожь.

Лиля вздохнула. Не остался — и ладушки. Сгорела — и дважды ладушки. В такую церковь и свинью-то не поселишь… Надо бы новую строить. А то народ не одобрит.

Интересно, кванто коста? То есть сколько это будет стоить? Лиля посидела еще пару минут, глядя на огонь, который даже и не пытались тушить — окатывали водой соседние дома. Чтобы уголек не перелетел. А пастер смотрел на огонь совершенно мертвыми глазами.

Еще бы. Вряд ли здесь священники в такой громадной цене. Приходы заняты, а бродить по дорогам или искать новый… Грустно это звучит.

Одной рукой пастер прижимал к себе служку — и Лиля отметила их сходство. Отец и сын?

Ладно. Она еще узнает.

Лиля поднялась с земли (почти сама).

— Пастер, я понимаю ваше горе. Но и вы поймите меня…

— Да-да… пастер опустил голову. — Моя церковь сгорела, а графство бедно. Эдор говорил мне об этом каждый раз…

— Эдор воровал все, что движется. А что не движется — толкал и тоже воровал, — огрызнулась Лиля. — Графство бедно, но на храм у меня деньги найдутся.

В карих глазах пастера загорелись удивленные огоньки.

— Да, я. Пастер, где вы живете?

— У нас была комнатка над храмом…

Лиля едва успела подхватить челюсть. Сын?!

Хотя… а чего она удивляется?

Жениться здесь запрещено только с ранга альдона. А если до того успел — плодись и размножайся, сколько влезет.

— Пастер, это ваш единственный сын?

— Да, ваше сиятельство.

— Мария умерла от родильной горячки два года назад. Ребенок тоже не выжил… девочка…

Лиля положила мужчине руку на плечо.

— Пастер Воплер, вы же понимаете, что нам надо ехать в замок?

— У нас есть два варианта. Я могу написать мужу. Спросить разрешения. Потом пока письмо дойдет, пока он ответит… Или я могу просто выделить деньги на постройку нового храма. Ну и нормального дома для вас. Вы присмотрите за строительством, а пока поживете в замке.

Вздох был определенно благодарным.