Средневековая история. Тетралогия

Хорошо?

— А с тобой все в порядке? Правда?

В дверь влетел Тарис Брок — и замер, остановленный холодным взглядом. Вопль буквально замерз у него на губах.

— В — ваше сиятельство…

— Тарис, я жива и цела. Подождите, я уложу Мири и мы поговорим.

Лиля проводила малышку в ее комнату, сверкнула глазами на няньку — и опять отправилась к себе. Ей было откровенно плохо. Два пореза были не очень глубокими, она это понимала. Но кровоточили и болели они по полной программе.

Лиля могла бы остановить кровоток. Но — не хотела. Кровь шла не слишком сильно и большой кровопотери… да из такой тушки литр сцедить можно — не заметит! Кто его знает, что на ноже у убийцы? Он им мог позавчера крысу потрошить или задницу чесать! А ей инфекция не нужна. Пусть лучше кровью вынесет грязи сколько может, чем потом гноиться начнет… Антибиотиков здесь пока еще нет.

И вряд ли она их изобретет, валяясь в бреду.

Джейми-таки появился. И тут же принялся за лечение.

— Ваше сиятельство, сядьте….

— Мне надо будет осмотреть ваши раны.

— Я сейчас позову Марту, она мне поможет. И Эмму.

— Я здесь, ваше сиятельство.

— Ваше сиятельство, она ведь старенькая уже… Я ее будить не стала.

Действительно, по местным меркам ее нянюшка уже стара. За полтинник. Да и она себя старухой чувствует. Вот и не проснулась, когда шум поднялся.

— Хорошо. Эмма мне поможет. А остальные — вон. Тарис, друг мой, прошу вас выйти. Мне сделают перевязку, и я позову вас.

Тарис закивал и вышел вон. Глаза у него были — по рублю. Еще царских времен.

Лиля посмотрела на Джейми.

— Отвернись, рубашку сниму.

Парень покраснел, но отвернулся. Эмма помогла Лиле снять рубашку и набросить новую, без рукавов. Лиля быстро оглядела себя.

Порез на плече, даже скорее разрез — задел, когда падал. Мышцы слегка задеты. Ну да переживем, рука все равно левая. Надо зашить и перевязать.

Без наркоза, млин! Даже без стопки фронтовых — Лиля подозревала, что ее поведет и с двадцати грамм самогонки, а голова нужна ясная.

Хотелось скулить и плакать.

Она — графиня. И хозяйка этого дома. Она — обязана являть пример стойкости.

Лиля стиснула зубы. И только зашипела, когда Джейми по ее приказанию плеснул самогонкой на рану. И сразу же на вторую.

Вторая, кстати, была противнее.

Чуть сухожилия не переполосовал, скотина. Что бы она тогда делала?

Не-эт… Этого гада она точно повесит!

Подумала — и сама себе ужаснулась.

Ага. И теперь обязана лечить скотину, которая бы меня прикончила? Щаззззз.