Средневековая история. Тетралогия

Волосы не чесаны, тряпки не стираны, морда грязная, под ногтями репу сеять нужно — и ты думаешь, что я тебя к ребенку подпущу? Изволь вымыться. А потом приходи.

Кормилица слегка дрогнула.

— Мне господин сказал быть при маленькой госпоже…

— А большая госпожа тебе приказывает привести себя в порядок. А потом уже быть. Обратишься к Эмме — она тебе покажет, где у нас моются.

— Ваше сиятельство, но пастер говорит, что мытье…

— Вредно. И пусть говорит. Я твою вонь терпеть не желаю. Не вымоешься — выгоню. Пинками. Поняла?

Кормилица вспыхнула. И собралась разразиться гневной речью.

Лиля прищурилась и развила тему.

— Ты на меня, конечно, можешь графу пожаловаться. Только… и на язык вдруг вылезло бессмертное Филатовское — "ты сама, дуреха, взвесь. Он-то там. А ты-то здесь." — и дальше уже без классики. — пока ты до него доберешься, много времени пройдет. И доберешься ли в ближайший год? Да и ребенка ты упустила… Что за нянька, от которой дите сбежало, а она проспала? Да тебя пороть мало! На конюшне!

Кормилица побледнела.

— Выпорю и выгоню! И ни провожатых, ни сопровождающих не дам. Выгоню — и проваливай. Вирмане даже пинка для скорости дадут.

Судя по лицу кормилицы — она все поняла, осознала и готова была мыться и стричься. Даже налысо.

Лиля развернулась к своей комнате.

— Миранда у меня. Мы с ней позавтракаем и отправимся гулять по поместью…

— Госпожа, а учитель…

Лиля поставила ушки торчком. И узнала, что Его Сиятельство отправил с дочкой аж троих учителей. Одного — танцев и этикета. Второго — математики и письма. И третьего — истории и литературы. Примерно так.

Лиля хищно потерла лапки.

— Это правильно, ребенка учить надо. Я и сама посмотрю, чему ее там учат.

И сама поучусь. Лиля подумала, что окажись рядом муж — она бы его на радостях даже пинать не стала. Ну так, немножко. Все-таки хорошее дело сделал!

— Мыться, стираться и не орать. К завтраку мы с малышкой спустимся. И надо посмотреть, что у нее есть на зиму, сама понимаешь. Здесь холодно, а мне не хочется, чтобы ребенок болел.

Лиля развернулась и ушла к себе. Посмотрела на маленькую девочку, которая уютно свернулась клубочком.

И что же мне с тобой делать, Миранда Кэтрин Иртон?

Лиля выглянула за дверь и попросила вирман, стоящих на карауле, кликнуть служанку.

Но вместо служанки появилась Эмма. Лиля подняла брови.

— А где Марсия? Или Ирэна? Мэри?

— Ваше сиятельство, мне хотелось бы с вами поговорить…

Лиля кивнула, опустив ресницы.