Средневековая история. Тетралогия

Поэтому Лилиан Иртон прищелкнула пальцами и распорядилась появившейся Илоне:

— Мне подавайте ужин, а виконтессе Иртон — луковицу. Нечищеную.

Любопытство взяло верх. Распорядись Лиля пятью минутами позже, когда Миранда загнала бы себя в истерику, и ничего бы не вышло. Но пока еще…

— Чтобы ты плакала подольше. А то крокодиловы слезы — они быстро заканчиваются.

— Крокодиловы. А ты не знаешь, кто это такой?

Миранда мотнула головой.

— Тогда слушай. Пока нам будут подавать ужин, я расскажу тебе.

И Лиля рассказывала. Про крокодила. Про то, как он обливается слезами, когда глотает добычу. Про птичку, которая чистила ему зубы, про слоненка, которому крокодил вытянул нос… Сказки Киплинга пригодились…

Миранда слушала с открытым ртом. Ей рассказывали про прекрасных дам и рыцарей… Но слоны? Крокодилы?

Это было совершенно новое, а значит вдвойне интересное. И рассказывала Лиля интересно. И картошка была вкусная. И даже использование столовых приборов (графиня должна уметь кушать красиво, тем более такая красивая, правда?) прошло как-то незамеченным…

А после ужина Лиля сама (тяжело, но надо) отнесла Миранду в ее комнату, посидела рядом, пока девочка засыпала — и даже спела колыбельную.

Ту самую, что пела ей в детстве мама.

Лунные поляны… ночь, как сон светла…

Даже если она чуть-чуть фальшивит — кто это заметит? Тем более, здесь…

Миранда так и уснула, цепляясь за руку женщины. Лиля осторожно высвободила запястье из детских пальцев — и подумала, что надо малявке бы что-то пошить. Или связать. Мягкую игрушку она тоже делать умела. Подумаешь, какие мелочи…

Миранда Кэтрин Иртон.

Нам предстоит зимовать вместе. И к весне ты не будешь во мне души чаять. Как и в родном отце. А пока — спать.

Надо бы выспаться. Завтра тяжелый день.

Утро началось с того, что Лиле приснился слон. Он сидел у нее на груди и человеческим голосом спрашивал: "Заплатила ли ты налоги, дитя мое?"

Женщина дернулась и открыла глаза.

Оказалось, что это не слон.

Миранда Кэтрин Иртон.

— А я уже встала. А ты все спишь!

Произнесено это было таким тоном…

Лиля посмотрела в окно. Там было еще темновато. И как-то холодновато. Да и ребенок…

В одной ночнушке! По средневековому морозильнику!!!

— Рехнулась?! — возмутилась женщина, утаскивая мелкую под одеяло, как ее саму когда-то мама.

Миранда была слегка придушена, пощекотана и крепко поцелована в нос.

— То! Босиком, на каменном полу, ноги ледяные… А где нянька?

— Она спит. А я решила…

— Замерзнуть и заболеть.