Любовник леди Софии

Все еще красная от смущения, София тем не менее слегка расслабилась и смежила веки — но лишь потому, что солнечный свет, что пробивался сквозь ветви, был слишком ярок и слепил глаза. Она почувствовала, как Росс прильнул к ней губами — это был медленный, мучительно-сладкий поцелуй. София не стала протестовать, чувствуя, как его пальцы сначала нащупали пуговицы на ее платье и, расправившись с застежкой, скользнули ей под одежду, лаская плечи, грудь, скользя все ниже и ниже.

— Покажи мне, — прошептал он, щекоча губами ее шею.

— Что тебе показать?

— Как ты это делала.

— Нет! — ужаснулась София и нервно хихикнула — его просьба показалась ей одновременно возмутительной и смешной.

Но Росс не унимался — он то уговаривал ее, то поддразнивал, то требовал, и в конце концов она со вздохом была вынуждена уступить. Дрожащей рукой она потянулась к своему интимному месту, которое он предварительно обнажил для нее, задрав подол юбки и стянув ей до колен панталоны.

— Вот так, — прошептала она еле слышно.

Ома почувствовала, как рука Росса легла поверх ее пальцев, слегка прижимая и направляя их, однако София вскоре высвободила свою руку.

— Вот так? — прошептал он, продолжая ласкать ее.

Отрывисто дыша, она извивалась в его объятиях и лишь сумела молча кивнуть.

Росс впился взглядом в ее лицо. На губах его играла нежная улыбка.

— Признайся честно, это лучше, чем полуденный сон? — спросил он, не отрываясь от своего занятия.

Софии уже было все равно, что он подумает о ней, и она самозабвенно отдалась его ласкам.

Единственное, что омрачало счастье Софии, — это постоянная тревога за брата. Имя Ника Джентри гремело по всему Лондону — этот дерзкий оборотень представал в самом разном обличье: то как жестокий преступник, то как бесстрашный ловец тех, кто был не в ладах с законом. Общество разделилось на тех, кто ему сочувствовал, и тех, кто не мог дождаться, когда этот наглец закачается на виселице.

Однако большинство продолжало видеть в нем человека, работающего на благо общества. Только Джентри умел с поразительной ловкостью выслеживать и ловить преступников; только он умел натравить друг на друга лондонских бандитов. Однако постепенно все больше и больше людей начали осуждать те методы, какими он достигал своих якобы благих целей. «Когда Джентри входит к вам в дом, — говорили люди, — он приносит с собой запах серы, как настоящий дьявол».