Заклинатель снега

Я знаю, какой был приказ!

Другой сплюнул на землю. Я заметила напряжение на их лицах. Казалось, они очень нервничали.

– Мы должны были чисто сработать: забрать девушку и выйти так же, как вошли. Если они узнают, что мы здесь, они перекроют нам пути отхода. Возьми Гривера и Уинсона, и идите проверьте обстановку.

Другой кивнул и ушел.

Меня подтолкнули вперед.

Я упала к его ногам, ободрав ладони. Когда я подняла лицо, то в ужасе увидела, как ко мне поворачиваются его ботинки.

Его люди отошли и встали в ряд перед заложниками. С такого большого расстояния я не слышала их крики, разносимые ветром.

– Знаешь, как долго мы тебя искали? – спросил главный грубым, хриплым голосом. – Конечно, знаешь, ведь ты пряталась вместе со своими дружками.

Я задрожала. Он опустился передо мной на корточки и наклонил голову.

– И ты прекрасно знаешь, почему мы здесь.

Его лицо казалось высеченным из камня – твердое, квадратное, с двумя острыми зрачками. Я замерла, как маленький зверек, уставившийся на морду хищника.

Я попыталась уйти от его взгляда, но он схватил меня за плечо.

Я посмотрела на него с ужасом. Он сжал мое плечо сильнее, в его глазах промелькнула ярость.

Это слово было моим приговором, стигмой на моем теле. Это то, чего хотели все. Тайна, которая исковеркала отцу жизнь.

Я хотела бы избавиться от нее, снять с себя, выбросить, как мусор, и забыть о ней навсегда.

Мне хотелось бы иметь ответ. Но у меня его не было.

Главный, увидев, что я молчу, медленно вынул зубочистку изо рта.

– Может быть, тебе не совсем понятна моя просьба?

Он дал мне сильную пощечину, как будто ударил кнутом по мозгу. Голова стукнулась об пол, в глазах помутилось, боль резко усилилась.

Я рухнула, но он схватил меня за футболку и подтянул к себе, как тряпичную куклу.

– У меня мало терпения.

По сравнению со мной он был горой, его сила пугала.

Я лихорадочно схватилась за его огромную руку, когда она сомкнулась у меня на шее. Мои испуганные глаза вперились в его острые зрачки, и на его грубом лице отразилось что-то вроде умиления.

Он сильнее сжал мою шею, его взгляд стал жестоким. Мне было страшно, глаза чуть не вылезли из орбит. Я судорожно скребла его руку, пытаясь освободиться. У меня дрожали колени, к лицу прилила кровь.

Я смотрела на него через слезы, через вспышки боли.

Он внезапно отпустил меня, и я стала судорожно хватать ртом воздух. Закашлялась, сотрясаемая спазмами и позывами к рвоте, и прижала дрожащие ладони к горлу.