Чехов. Книга 12. Танец со смертью

— Признаться, я впервые вижу одержимую призраком куклу.

Женщина резко вскинула лицо, и в ее глазах полыхнула ненависть.

— Я говорила ему не связываться с вашей семьей! — воскликнула. — Просила не мстить. Но он был упертый. И очень хотел поквитаться за свою гибель. И думаю, он имел право отыграться за убийство. Его погубили в его же доме! Разве это справедливо?

Я только усмехнулся:

— Чернов был умным человеком и понимал, что его ждет либо прозекторский стол, либо каторга. Таков финал преступного промысла. Он не успел вовремя остановиться. Алеша делал ужасные вещи. И самое удивительное, вы знали о том, что он приводил сюда девушек, которых потом губил.

— Хорошие люди не спускались в этот подвал, — ответила она.

-Такое у вас оправдание убийцы? — нахмурился я. — Плохое случается только с дурными людьми? Вы прошли через испытания после смерти вашего отца. Ваша матушка и вы заслужили все, что с вами случилось тогда?

— Это другое, — упрямо возразила женщина.

— Только потому что вас не убили, вы получили шанс на новую жизнь, — процедил я. — Чернов губил беззащитных, заблудившихся девчонок, которым некуда было пойти. Несчастные уже были жертвами, а он мучил их и зверски добивал. И даже после смерти он терзал их души. Одна из убитых оставалась тут все это время. Вон ее кости!

Я ухватил женщину за плечо и развернул к останкам баньши.

— Вы не понимаете, — упрямо насупилась Ольга. — Алексей видел людей насквозь. Он точно знал, кто заслужил гибель. Он повидал на службе всякое и понимал, что некоторых надо давить сразу.

— Несчастная была совсем юной. Она пришла устраиваться к подонку горничной. Чем бедняжка заслужила смерть? Мерзавец сожрал всех других призраков, но ее продолжал мучить, наслаждаясь каждым ее криком. Он делал это годами. Девушка едва не стала баньши из-за страданий.

— Не вам судить, — мотнула головой Ольга. — Вы не знали его. Когда мы встретились, Алексей был совсем другим. Я видела его настоящим. Он был честным, смелым, сильным человеком.

— Но потом случилось дурное, — продолжил я за нее. — Чернов сам стал злом, с которым должен был бороться. Ваш Алексей превратился в зверя, которых должен был ловить и наказывать.

— Все не так, — завыла женщина, раскачиваясь на полу и обнимая отломившуюся треснувшую деревянную голову с потухшими глазами. — Он страдал от несправедливости. Хотел очистить столицу от грязи. И ему надо было спускать пар. Алеша не боялся испачкать руки в крови. Он не был избалованным аристократиком, у которого все было схвачено.