Соотношение сил

– Какая метафора? – Старик удивленно поднял брови.

– Обожженное польское сердце, – произнесла Эмма с пародийно-пафосной интонацией и закатила глаза.

– А ты не понимаешь? – Он склонил голову набок и прищурился.

– Скажи, ты бы хотела оказаться на ее месте?

– Я?! – Эмма поперхнулась, закашлялась сильно, до слез.

Вернер поднялся, обошел стол, постучал ей по спине.

– Спасибо. – Она выпила воды и промокнула салфеткой глаза.

Старик сел, придвинул к себе пепельницу, открыл портсигар.

– Вы еще не доели второе, – буркнула Эмма.

– Я сыт. – Он чиркнул спичкой. – В моем возрасте много есть вредно.

– А курить тем более. Ладно, сварю кофе. – Она вскочила и убежала на кухню.

Эмма не понимала, что на нее нашло, зачем спровоцировала старика сказать очередную гадость? «Ты бы хотела оказаться на ее месте?» До чего же мерзкий, унизительный вопрос! Эмма никогда, ни при каких обстоятельствах не могла бы оказаться на месте несчастной польки, потому что…

Как продолжить фразу, она не знала. Вроде бы все необходимые доводы под рукой: чистая арийская кровь, неполноценность славян и так далее. Но всерьез поверить, принять эти доводы как свои собственные мысли было все равно что набить голову скомканными газетами.

Пока закипал чайник, Эмма хмуро смотрела в окно, на одинокую кривую осину, и пыталась представить: если бы Марта не погибла, как она отнеслась бы к режиму, к решению Вернера уйти из института? Конечно, Марта всегда была на стороне Вернера. Вероятно, Герману пришлось бы порвать не только с отцом, но и с матерью.

Голую землю вокруг дерева припорошило снегом, ветер покачивал тонкие ветки. Эмма насыпала кофе в кофейник, залила кипятком, поставила на маленький огонь и пообещала себе больше никогда не заводить со стариком этих гадких разговоров, не поддаваться на его провокации, молчать, шутить, менять тему.

Вернувшись в столовую с подносом, она увидела все ту же картину: Вернер сидел над своей тетрадью, только теперь рядом лежал еще и справочник по оптике.

Эмма налила кофе, подвинула ближе к нему вазочку с печеньем. Вернер не глядя кинул в рот печенье, отхлебнул кофе и спросил, не поднимая глаз от тетради:

– Ну что, участие в проекте дает твоему мужу надежную бронь?

Эмма подумала: «Ага, все-таки волнуется, просто не желает показать» – и ответила со спокойной улыбкой:

– Вы же знаете, у Германа сильная близорукость и плоскостопие, с этим в армию не берут.