О бедном зельеваре замолвите слово (СИ)

Еще и от кузнеца «презент» принесли — последние ингредиенты для зелья. Вот этим в первую очередь и занялся, отложив сортирование пожеланий на потом.

Я измельчал, смешивал, заваривал. Варил, перемешивал и выпаривал, чтобы потом, долив воды, снова сварить. Жидкость из зеленой становилась розовой, потом синей, а под конец обесцветилась. Поспешно открыв окно — пахло нестиранными носками, — добавил лепестки роз для аромата и, обвязав котелок лентами сестер, поставил его под кровать настаиваться. Главное не забыть достать через три дня, иначе зелье превратится в нечто страшное.

А рецепт взял из дядиной книги. Его собственный рецепт. Он был проще по приготовлению, но все равно настаивался так же три дня: если не добавить еще один реагент в положенный срок, зелье испортится в сию секунду и оттуда полезут черви. Так было в книге написано, проверять на деле как-то не хотелось. К тому же после такого меня точно убьет кузнец.

— Что там дальше по плану…

Несколько часов потратил на сортировку записок, записывания необходимых вещей для зелий и переписывания все на один листок, чтобы никого не забыть.

Исключил бредовые пожелания, сверился с книгой и перечитал полученное. Неплохо, осталось только все это добыть. Стук в дверь и голос трактирщика отвлекли от созерцания написанного.

— Зельевар, к тебе тут Василек.

О, как. Только одно могло его привести ко мне и, если это то, о чем я думаю, то я очень даже счастлив!

— Уже иду, благодарю!

Внизу я оказался спустя пару минут, где меня чуть не сбили с ног — так хотели обняться.

От Василька исходил запах алкоголя вперемешку с луком, но на ногах стоял уверенно и даже не шатался. В глазах мужчины читалась радость от проделанной работы, словно он ее все это время делал собственноручно.

— Господин зельевар, мы все сделали! Принимайте.

Я кивнул, и мы вышли из трактира. Накапывала мелкая изморозь — лишь бы в ливень не перешел, не хватало еще промокнуть. Конечно, и такое не сильно приятно по ощущениям, но хотя бы терпимо. Когда же дошли до моего жилища, дождь таки усилился.

Василек открыл перед мной дверь, пропуская первого, и я споткнулся об оставленную кем-то доску: от падения спас тот же Василек, вцепившись в меня как клещ и удержав. Еще бы в лицо не дышал.

— Простите, господин зельевар, кто-то забыл, я разберусь!

— Спасибо. Не надо, — освободившись от объятий, я замер.

Что я ожидал увидеть? На самом деле, не задавался таким вопросом, некогда было. И сейчас, глядя на изменения, почесал затылок.