О бедном зельеваре замолвите слово (СИ)

И даже проверять не хочу, кто одержит победу: скорее от Топольков руины останутся.

Знахарка оказалась во дворе и лицо у нее было недовольное. Собственно, ее потрепанный вид говорил о том, что женщина, как минимум, повалялась в траве: рыжая коса растрепалась и в волосах торчали травинки, на белой рубахе следы грязи, как и на штанах. А в руках она держала увесистую сковороду. Может ну ее, а?

— Тетя Клара, мы пришли!

Ульях нас сдал. Точнее меня, сам же нисколько не беспокоясь, входя во двор. На меня посмотрели потемневшие зеленые глаза и ощущения дождя усилилось.

Возможно будет гром.

— Хорошо, — прошипела ведьма, уперев руки в бока, — Ульях, там на кухне плюшки свежие, иди поешь, а мы тут поговорим по душам.

И смотрит так выразительно…

Как только мальчишка скрылся в доме, она, набрав в легкие воздух, выдохнула, указав сковородой на пустое место.

— Это что еще за хрень!?

«Пустое место» двинулось и на миг показалась счастливая морда химеры, после чего пустота ткнулась мне в ногу. Я машинально провел рукой, ощущая жесткую шерсть под рукой и гладкость черепа.

Невидимое чудище тихо заурчало.

— Это? Монстрик. Ульях ему имя давал, а не я. Тут такая интересная история случилась…

— Я вся во внимании!

Я оглянулся по сторонам. Не хотелось бы, чтобы нас подслушали, и кто-то еще знал об этом звере. Клара поняла это и, вздохнув, пригласила в дом. Оставив невидимую зверушку с ведьминым фамильяром, прошли на кухню, где Ульях дожевывал плюшку с молоком.

— Хочу сразу обозначить, что оно не мое, — поднял руки, защищаясь от взгляда Клары.

Пусть сковороду она и положила на стол, но легче от этого не стало, — Он появился, когда меня пытался убить оборотень.

— Какой еще оборотень? — вот теперь изумление. Знахарка приложила ладонь ко лбу, тихо процедив, — Во что ты еще ввязался?

Пришлось рассказать. За это время мы сами сели за стол — мальчишка отправился гулять, а знахарка разлила ароматного чая: я поведал и про нападение оборотня, и про процесс возникновения химеры, и что потом стало с перевертышем, и как нас потом застукал Ульях и дал химере имя.

И про кольцо не смолчал, поведав о новых его свойствах. Все это время она молчала, смотря в окно и тихо постукивая пальцами по столе. Ее взгляд выражал крайнюю степень задумчивости и прерывать такое не стал, даже когда закончил. Спустя несколько минут она все же выдала, посмотрев на меня:

— И свалился же ты на мою голову…

— Ну, если быть честным, не только на твою, и вообще все здесь завязано на моем дяде.