Цикл романов "Анжелика" Компиляция. Книги 1-13" (СИ)

У меня пока еще нет писем мессира де Money, маркиза де Креки и еще кое-кого…

– Совершенно справедливо. Вот оно. Я только что его закончил и еще не поставил своей подписи.

– Не соблаговолит ли ваше высочество оказать мне любезность и прочитать письмо; чтобы я мог проверить, правильно ли оно составлено. Мессир Фуке настаивает, чтобы письма были написаны согласно форме.

– Ну что ж… – еле заметно пожав плечами, сказал принц.

Он взял в руки листок и начал читать вслух:

«Я, нижеподписавшийся, Людовик II, принц Конде, заверяю мессира Фуке, что всегда буду верен только ему и никому другому, буду подчиняться только ему и никому другому, не делая ни для кого исключения, и обязуюсь предоставлять в его распоряжение мои города, укрепления и все прочее по первому его требованию.

Залогом чему служит это письмо, которое написано и подписано собственноручно мной, по моей собственной воле, даже без каких-либо пожеланий с его стороны, ибо он с доверием отнесся к моему слову, которое я ему дал.

Писано в Плесси-Бельер, 20 сентября 1649 года».

– Подпишите, ваше высочество, – сказал отец Экзили, и из-под капюшона блеснули его глаза.

Конде поспешно, словно торопясь покончить с неприятным делом, схватил с секретера гусиное перо, отточил его и поставил свою подпись под письмом. Монах тем временем зажег светильник из позолоченного серебра. Принц растопил на огне красный воск и запечатал послание.

– Все остальные письма составлены по тому же образцу и подписаны, – заключил он.

– Можете не сомневаться, ваше высочество. Однако я не могу покинуть замок прежде, чем получу в собственные руки остальные письма, на которые вы мне подали надежду.

– Ручаюсь вам, они будут у меня до полудня завтрашнего дня.

– В таком случае до тех пор я остаюсь под этой кровлей.

– Наш друг маркиза дю Плесси распорядится, чтобы вас устроили на ночь, синьор. Я просил предупредить ее о вашем прибытии.

– Но пока, я думаю, было бы благоразумнее запереть письма в ларец с секретом, который я вам вручил. Замочек хорошо скрыт, и для них нет более надежного убежища от нескромных глаз.

– Вы правы, синьор Экзили. Чем больше я слушаю вас тем больше убеждаюсь, что заговоры – своего рода искусство, требующее опыта и практики. А я всего-навсего воин и не скрываю этого.

– Прославленный воин! – воскликнул итальянец, отвешивая поклон.

– Вы мне льстите, отец мой.