Цикл романов "Анжелика" Компиляция. Книги 1-13" (СИ)

А все эти лжеученые настолько спесивы, что будут возмущены, если я им скажу, что самые ценные помощники в моих опытах – чернокожий мавр и простой горный мастер-саксонец.

– Куасси-Ба и Фриц Хауэр, горбатый старик на руднике Аржантьер?

– Да. Куасси-Ба рассказал мне, что ребенком, когда он еще не был рабом и жил в дебрях своей дикой Африки, куда можно проникнуть лишь через Пряный берег, он видел, как добывают золото старинным способом, заимствованным у египтян. У фараонов и царя Соломона были золотые прииски.

Но вы представляете себе, дорогая, что скажет его преосвященство, если я сообщу ему, что секрет царя Соломона известен моему мавру Куасси-Ба? А ведь именно он многое подсказал мне в моих лабораторных опытах и навел меня на мысль заняться обработкой некоторых горных пород, содержащих золото. Что же касается Фрица Хауэра, то это превосходный горный мастер, человек, проведший жизнь под землей, настоящий крот, который легко дышит только в штольне. У саксонских рудокопов тайны производства передаются от отца к сыну, и благодаря им я смог наконец постичь многие удивительные загадки природы и разобраться во всех ингредиентах, с которыми я работаю, – в свинце, золоте, серебре, купоросе, сулеме и многих других.

– А вам случалось получать сулему и купорос? – спросила Анжелика, у которой эти названия вызвали какое-то смутное воспоминание.

– Да, вот это-то и доказало мне всю несостоятельность алхимии, так как из сулемы я могу получить по желанию либо обычную ртуть, или, как ее иначе называют, живое серебро, либо ртуть желтую или красную, которые в свою очередь могут быть снова превращены в живое серебро.

Первоначальный вес ртути не только не увеличится во время опытов, а даже скорее уменьшится, поскольку какая-то часть улетучится в виде паров. Я также знаю способ, как извлечь серебро из свинцовой руды и золото из некоторых пород, с виду пустых. Но если бы я на дверях своей лаборатории написал: «Ничто в природе не пропадает, ничто не создается из ничего», – то мою философию сочли бы весьма смелой и даже противоречащей «Книге бытия».

– Наверно, этот способ вроде того, каким вы ухитряетесь доставлять в Аржантьер испанские золотые слитки, купленные в Лондоне?

– Вы весьма проницательны, а вот Молин – слишком болтлив. Впрочем, неважно! Если он был с вами откровенен, значит, он уверен в вас.