Развод в 45. Я тебя не прощаю (СИ)

– Зачем моей дочери путаться с твоим мужем, который ей в отцы годится? – смотрит шокировано на меня. – Да ещё и на помолвке? У неё недостатки, конечно, тоже есть. Все мы неидеальные. Но она же не настолько тупая! – всплёскивает руками. – Нет, ты что-то перепутала, не могло быть такого, – отрицательно качает головой.

– Она не кричала, не звала на помощь, ничего из этого. Просто тихонько лежала под ним и не особо сопротивлялась. Я очень хочу верить, что я всё не так поняла но, прости, плохо получается, – признаюсь со вздохом, сжимая пальцами переносицу.

Боль в висках начинает потихоньку усиливаться.

– Что значит, ты очень хочешь верить в обратное? – округляет глаза Оля, опять начиная повышать голос. – Ты их либо видела вместе, либо нет. Моя дочь либо в самом деле с твоим мужем, либо… – резко обрывает себя. – Он, что, заставил её? – опять смотрит на меня с абсолютным неверием.

– Я не знаю, – вздыхаю.

– Ну, конечно, он её заставил! Зачем ещё моей красивой молодой доченьке такой старый хрен, как твой Гриша? – негодует Оля.

Вот и я мучаюсь тем же вопросом. Какая нормальная девушка променяет молодого красивого парня с перспективами на старика?

– Твой сынок, конечно, не подарок, но хотя бы молодой и симпатичный, тут всё понятно, – как мысли мои читает мать Дины.

– Оль, я не знаю, не знаю! – тоже срываюсь. – Думаешь, я не задаюсь теми же вопросами? Задаюсь. С тех пор, как увидела их. Я вообще уже не знаю, что думать, если честно. Хочется закрыть глаза, и чтобы это всё дурным сном оказалось.

Я разворачиваюсь и присаживаюсь на край подоконника, накрывая лицо ладонями, потирая пальцами лоб. Как бы сейчас помогла работа с цветами. Пересадила бы десяток и полегчало.

– Как ты могла такое допустить, Лид? Это же твой дом. Твой муж, – с горечью произносит Оля, в очередной раз качая головой.

– В котором я до вчерашнего дня была уверена, как в себе. И мысли не допускала, что такое возможно. Кто вообще такое ждёт? – отнимаю руки от лица и смотрю на неё с горечью.

Она тоже горько вздыхает. Кажется, собирается что-то ответить мне, но её лицо каменной маской застывает. И смотрит она уже не на меня, а вглубь коридора, по которому быстрой походкой, но с самым озабоченным видом вышагивает Григорий.

Как всегда, при параде, будто с деловой встречи какой является, а не из дома. Разве что тёмные очки выбиваются из образа. Уверена, за ними прячутся огромные синячищи, оставленные накануне его же сыном. Бальзам на мою душу. Вот ещё бы не видеть его никогда больше.