Жена по наследству (СИ)

Я сразу вспомнила, что не одна тут раненая.

–Слушай, тебе же нельзя. Рука…

– Ага, спасибо за заботу, – хохотнул Казаев. – Вот и не дергайся. Береги мою травму, раз на свою наплевала.

– Откуда ты… – начала я.

– Я все знаю, Милана.

– Чтобы ты опять свалилась? Нет уж.

– Тебя нравится унижать? Доминировать? Чувствуешь себя мужиком? – завелась я.

– Для разнообразия можно и мужиком. А то я рядом с тобой все чаще чувствую себя ущербом каким-то, – ворчал Руслан, шествуя через пустой зал, занося меня в лифт. – К слову, ничего не имею против доминирования при обоюдном согласии.

– А я тебя не спрашивал.

– Вот и не доминируй.

– Я должен чувствовать себя мужиком. Терпи.

Только на этаже я поняла, что Руслан не просто ворвался на закрытую территорию отеля, но и без проблем прошел к номерам на моем этаже. Общую дверь он открыл сам, остановился у моего номера и ловко вынул из кармашка на моих лосинах карту, открыл дверь.

Казаев бросил меня на кровать и сам упал в кресло, схватившись за руку.

– Проклятье. Как больно быть гребаным рыцарем.

– Это насилие, а не рыцарство, Руслан, – зарычала я. – В твоем случае и над собой тоже.

– Да-да, и тебе спасибо за заботу, малышка.

– Ты такой кретин! Откуда ты знаешь, где я живу?

– Я же сказал, что все знаю, тонконожка.

– Это же незаконно. Ты проник на частную территорию…

Руслан закатил глаза.

– Оставим в покое мою темную сущность. Можешь написать заявление в полицию. Попозже. Я пришел поговорить, Милана.

– Не хочу я с тобой разговаривать. И не буду.

Я села на кровати и скрестила руки на гуди. Руслан запрокинул голову назад и раздраженно выдохнул.

– Ты все мне скажешь, девочка. Я имею полное право знать, какие отношения у тебя были с Алексеем Агеевым.

– Отношения? – повторила я. – Никаких.

– Да? Именно поэтому он оставил тебе половину компании. Так ведь все делают. Пишут завещание на «никого». Не пудри мне мозги, Мили. Ты спала с ним?

– Я-то? Возможно. Но ты ответь на вопрос.

– Я видела Алексея несколько раз. Во всяком случае, помню мало. Он приходил к маме, подарил мне куклу, был добрым.

– Милота какая, – Казаев всхлипнул, кривясь, но тут же сменил тон на серьезный, продолжая допрос: – Сколько тебе было лет?

– Семь. Или шесть. Не помню.

– Потом спала с ним? В сознательном возрасте.

– Я даже отвечать не буду. Руслан, ты в своем уме? Как бы я с ним спала? Он в тюрьме сидел. Ты же знал это.

– Знал, но для преступников уровня Агеева даже на зоне есть привилегии.