Жена по наследству (СИ)

Я кивал и на все быстро соглашался.

Едва у меня в руках оказалась карта, я отправился на этаж, где жила Мили. Плевать, что она сирота. Раз живет в отеле, с голоду не помрет. Пусть только попробует претендовать на наследство.

В моей голове не осталось места жалости. К дочке шлюхи Агеева – уж точно. Яблочко от яблони. Теперь опасения Марата на ее счет не казались мне столь абсурдными. Она могла все знать заранее. Она могла сама устроить покушение. Черта с два ей удастся избавиться от меня. Может сколько угодно смотреть своими глазами олененка, прикидываясь наивной няшечкой. Я больше не куплюсь на это и не позволю ей владеть даже малой частью компании. Это дело моего отца. И я верну ему фирму, которую захватил Агеев. Чего бы ни стоило.

Мой боевой настрой разбился о черную дверь номера. Я постучал, но ответа не получил. Милана могла еще не вернуться от Исаева. Хотя что ей там делать так долго? Раздвигать перед ним ноги? Такое возможно с любым адвокатом, кроме Романа.

– Где ты шляешься, девочка? – проговорил я вслух, прикидывая, не набрать ли Марата.

Но и без звонка в памяти всплыло, что Милана танцует, и брат упоминал о частом посещении зала.

Я отправился туда, не представляя, что скажу ей. Но злость и решительность перемешались во мне и обещали вдохновение по факту.

В субботний вечер постояльцы отеля не слишком стремились заниматься спортом. Я прошел через пустой тренажёрный зал, оценивая отличный вид на Москву через панорамные окна. Мили тут не было. Я уже собирался уходить, но услышал движение в дальнем углу зала. Это оказался класс йоги.

Осторожно открыв дверь, я собирался войти, но замер на пороге.

Мили танцевала. Она была одета в длинную майку без рукавов и лосины до колена. Ее левая нога была замотана эластичным бинтом черного цвета. Аксессуар такой что ли?

Все слова, что могли сорваться с моего рта, застряли там. Все мысли исчезли. Только глаза я держал открытыми и смотрел, как маленькая хрупкая фигурка буквально летает над полом.

Я не знал, что человек может так двигаться. Мили кружилась и подрыгивала, выбрасывала ножку и тянулась руками к потолку. Она то напрягалась струной, то оседала резко на пол. Словно не танцевала, а проживала что-то. Ее глаза были закрыты. Она не замечала меня. Она вряд ли вообще была в этом мире. На лице Мили отражалось нездешнее блаженство. Мягкая улыбка на губах делала ее еще красивее, чем когда она была серьезной.

А ведь я не посчитал ее симпатичной, когда первый раз увидел.