Монастырь (СИ)

Но я не знаю, как это сделать. Не хочу, чтобы кто-то из вас считал себя ниже... Вы совсем разные. И у нас один шанс все исправить, пока не поздно. Если мы так и будем ругаться, то проиграем.

– Я давно позволил ему делать со мной больше, чем мог позволить, Луис, но и он должен что-то делать, а он не особенно хочет. Он получил тебя и снова пытается перейти в атаку, незаметно избавиться от меня. Теперь у меня один путь: доказывать ему мою преданность любой ценой. Мне придется уехать, Луис. Ненадолго.

– Куда? – герцог занервничал. – Нет. Я поеду с тобой. Я не останусь без тебя... – он еще ближе прижался к Легрэ. – Прошу... Как я глупо... Ты... совсем сбежать собрался, да? – Луис еле сдерживал слезы.

– Тише, тише, – Легрэ нежно поцеловал Луиса в макушку и, чуть отстранив от себя, взял в ладони его лицо, настойчиво посмотрел в глаза. – Послушай меня сейчас очень внимательно. Я вернусь. Я обещаю тебе. Моя жизнь... Моя любовь. Я вернусь к тебе. Я постараюсь разыскать труп Себастьяна. Я в округе знаю всех разбойников, бродяг и убийц, а еще воров. Вот они вездесущи, а уж травника нашего приметить не проблема. Как только я его найду, дам знать. А ты пока оставайся с Фернандо и постарайся присутствовать на всех допросах, выяснить все до малейших подробностей. Мы обязательно разберемся, что происходит. Ты веришь мне, Луис?

– Они тебя в ловушку заманят. – словно само провидение открылось герцогу. – Или свои, или чужие... Ты один не поедешь. И потом, тебя все монахи знают. Кристиан, слишком большой риск. Если ты знаешь бандитов, то на что способен Себастьян? И его помощники?

– Я поеду один, Луис. – Легрэ провел подушечками пальцев по щекам юноши. – Сам подумай, ведь никто не знает, что стало со мной после всей этой суматохи. Последним меня видел Себастьян, а мертвые не разговаривают. Даже если он жив остался, что очень вряд ли, не думаю, что он в том состоянии, чтобы болтать. Я запросто могу прибиться к тем же разбойникам. Себастьян платил им, но всегда через меня, а я им не говорил о щедрости падре из монастыря. Все местные бродяги считают, что их спонсировал я, так что меня никто не выдаст.

– Хорошо, – напряжение нарастало. – Тогда я тоже здесь не останусь. Я мишень... – юноша с неохотой ушел от ласки. – Фернандо правды не узнает. По крайней мере всей. Бумаги ведь у Церкви, как я понимаю.

– Скорее всего – да. Даже если Себастьян что-то и держал у себя в шатре, что вряд ли, это вывез наш беглец.