Монастырь (СИ)

Легрэ был уверен, что мальчишка не пойдет с ним и, наверное, стоило уже смириться с тем, что за всеми поступками Кристиана он видит только то, что хочется ему самому, даже не пытаясь понять его. Сердиться, наверняка сердится за то, что Кристиан ушел из шатра вчера, но Легрэ не мог поступить иначе, это бы изменило его, лишило силы, а со временем превратило бы в предмет интерьера в королевской спальне. Даже то, что в последние два дня Луис чаще оставался в шатре Фернандо, было плохим знаком. И все же, как Легрэ не старался что-то менять, похоже, что Луис обиделся.

Герцог кивнул. Искоса глянул на Кристиана, который поднимался с тюков.

– Я недолго, Фернандо, – пообещал спокойно, а затем отправился прочь из шатра, чтобы сразу свернуть к полю, в котором вчера смог успокоить расшатанные нервы. Он не оглядывался и не смотрел, идет ли следом Легрэ. Просто шел по краю лагеря, раздумывая над происходящим и не веря ни слову.

Легрэ двигался следом, чуть позади и нервно теребил травинку в руках. Они с Луисом долго молчали, но Легрэ все же решился затеять рискованный разговор.

– Прости, что я вчера вспылил. Так глупо.

Герцог остановился. Резко. Внезапно. Потом сделал несколько шагов вперед, словно отмеряя расстояние, и обернулся.

– А теперь возвращайся и оставь меня одного, – твердо сказал, глядя прямо в глаза.

Кристиан сглотнул и травинка в руках надломилась. Легрэ отвел растерянный взгляд в сторону и через паузу медленно кивнул.

– Хорошо, – сказал он тихо. – Если ты действительно хочешь этого... Только я все время думаю, почему в присутствии Фернандо мы с тобой становимся словно чужие? Или я или ты – кто-нибудь из нас обязательно оттолкнет другого. Мы вроде вместе и врозь одновременно. – Легрэ с легкой доброй улыбкой взглянул в глаза Луиса, а в словах звучала чудовищная горечь. – Мне не хватает тебя... это давит. В общем, я хочу сказать, что вчера я ушел из-за Фернандо. Волей-неволей он вынудил меня сделать это.

– Уходи, – глаза заблестели, как звонко бьющиеся стекла. – Уходи-уходи-уходи... – Луиса затрясло. – Оставь меня в покое.

Он опять развернулся и теперь уже пошел в поле, ускоряя шаг, ругая себя за то, что так любит, что его, скорее всего, просто использовали. Надоело! До чертиков надоело...

– Луис! – крикнул Легрэ вслед. – У нас очень мало времени, чтобы побыть вместе! Остановись! Не делай его еще меньше, я прошу тебя!

– Я не хочу с тобой говорить. Я вообще не хочу говорить... – забормотал себе под нос герцог, не оборачиваясь.