Монастырь (СИ)

Юноше невольно пришлось утешать Кристиана, словно малое дитя. Он усадил его на тюки, а сам вновь обнял и прижал к груди, гладя по голове. – Ты только не говори всех этих вещей королю. Этот Микаэль – он сразу мне показался странным. В своем ли он уме? Послушай, Кристиан, я тебя отсюда отправил, потому что ты заслуживаешь лучшей участи. Я хотел тебе судьбу изменить. Все, что в моих силах... Титул, дом... Завести семью... Ты спятил, если думаешь, что союз со мной принесет тебе счастье. Ты разве не видишь, что вокруг происходит? И так всегда. Смерть, убийства, отравления... Я приношу лишь отчаяние и зло. Уезжай и живи, как человек. Освободись от иллюзии.

Кристиан прикрыл глаза, слушая, как бьется сердце в груди Луиса, обнимая его за талию и прижимая ближе. Ему захотелось, чтобы время остановилось, чтобы не стало прошлого, и не было будущего, не было ничего и никого в мире, кроме их двоих и этой минуты. Легрэ поднял голову и заглянул в голубые глаза юноши, всматриваясь в них с глубокой серьезной любовью.

– Да мне, вроде как, без тебя ничего и не нужно, – неловко усмехнулся он. – Неделю назад я бы этому всему дико обрадовался, а вот в последние дни понял, что хочу владеть только одним в этом мире. Тобой. Что мой дом там, где ты.... И моя семья – тоже ты. Мое счастье... – Пальцы Кристиана нежно скользили от виска Луиса до подбородка, едва дрожа коснулись его губ, обрисовывая их изящный изгиб – и медленно, очень медленно. – Луис.

Юноша сглотнул. Нахмурился. Поцеловал пальцы Легрэ и вздрогнул, потому что боялся услышать именно это теперь. Красота животной силы, власти над герцогом убаюкивала и пленяла, пробуждала восторг в крови. Сдерживаться было так сложно.

– Тогда зачем ты подыгрывал королю? Чтобы меня оттолкнуть? Лжец... – юноша внезапно потянул бывшего стражника встать. – Пошли к Фернандо. Не станем ждать рассвета. Он ведь от нас ответ услышать желает. Что я выбираю... Желаю ли быть сильным, признать свою внутреннюю суть? А ты принимаешь меня таким, какой я есть? Запутавшимся, беспомощным, глупым, никчемным? Да? Идем, скажи ему... Скажи...

Кристиан по виду несколько растерялся и неуверенно отвел глаза. Ему сейчас меньше всего на свете хотелось видеть Фернандо, но этого хотел Луис. Он назвал Легрэ лжецом, и в чем-то был прав, только вот Кристиан уже давно ничего не понимал в самом себе – он тоже чувствовал себя запутавшимся и никчемным. Интуиция подсказывала ему, что как бы он не боролся, не страдал и не строил планы – он не выиграет эту битву.