Новый босс (СИ)

Но я просто не могу двинуться с места от услышанного. Она не изменяла мне? Сказала, просто потому что я ее довел? Ничего не рассказывала о нас Буратино?

В груди нестерпимо жжет и комната кружится. Блядь, я просто дебил. Тупой идиот. Она не изменяла мне. Просто это я слепой обиженный придурок, не видящий дальше своего носа. Моя матрешка. Все время пока я пытался ее забыть, она была только моей.

Сам не понимаю как оказываюсь сидеть на полу и, уставившись в стену, скалюсь как последний счастливый дебил. Простит ли она меня? Не сомневаюсь. Потому что для этого я землю переверну. А еще выйдет за меня замуж и родит мне пятерых детей. Все, как я планировал.

С каждой секундой меня все сильнее затапливает то самое чувство. Нестерпимое желание жить.

— Это что за дрянь ты заказала, Славка? — морщится Вера, глядя как официантка плюхает передо мной тарелку с сочащимся жиром бургером. — Выглядит как реклама гастрита.

Как и положено настоящему спортивному сектанту, Верушка тщательно следит за питанием и все нездоровая пища для нее — злостное табу. Еще она обожает порассуждать о правильном соотношении белков и углеводов в рационе и сходу может назвать калорийность как минимум пятидесяти продуктов.

— Ну не я же летом собираюсь с Ричи Как-его-там на соревнованиях трицепсами заигрывать. — огрызаюсь я. — Поэтому могу себе позволить есть все, что захочу.

Лицо Веры выглядит оскорбленным, как всегда происходит, когда я проявляю недостаточно уважения к персоне кроссфит-божества.

— Ричи Фронинг, голова твоя дырявая. Пора уже и запомнить имя будущего мужа своей лучшей подруги.

Прищурив глаза, наблюдает, как я вонзаюсь зубами в покрытое кунжутом тесто, и ехидничает:

— А чего это мы такие взвинченные сегодня?

Отложив надкусанную вкусняшку в сторону, со вздохом откидываюсь на спинку стула и изливаю события минувшего дня, начиная от разговора с отцом и заканчивая ненавистным розовым шарфом.

Вера внимательно дослушивает мой рассказ до конца и, отхлебнув новомодный матча-латте, деловито уточняет:

— Увидела, значит, ты эту тряпку, возмутилась и выскочила?

Каждая клетка тела начинает вибрировать воспоминаниями о вчерашнем дне: горящие глаза Гаса, звук рвущегося капрона, жадные прикосновения его рта. Щеки начинает печь, словно их натерли кайенским перцем, и ровно тоже самое происходит под юбкой.

— Ты бы себя видела сейчас, Славка, — ухмыляется Вера. — Не дать, не взять — флаг СССР. Чую, все-таки не сразу ты выбежала.

Ну не могу же я врать своей лучшей подруге.