Вопреки судьбе, или В другой мир за счастьем (СИ)

Но и этот Мовельдик хорош! Нашел себе, видите ли, кем вдохновляться! Пусть поищет себе другую музу, а Аника... Тут он осекся. А что, собственно, Аника? Чего он сам от нее хочет? То, что девушка не согласится на обычную интрижку, он сегодня понял слишком хорошо — в людях он разбираться умел. Но разве он может ей предложить нечто большее? Может, лучше отступиться сейчас и оставить девушку в покое?

Мужчина представил, как отходит в сторону, и место рядом с Аникой полноправно занимает тот же Мовельдик. Он ведь и жениться на ней может. Вот она идет под руку с этим задохликом, улыбается ему, слушает его пошлые стишки, обсуждает какое-то свое новое растение и светится. Светится так, как получается только у нее, как светилась совсем недавно для него.

От таких мыслей Этьен сильнее стиснул зубы. Он и не думал, что нарисованная им картинка может так сильно вывести его из себя. И только снова усилием воли успокоившись, он с удивлением понял, что ревнует! Пожалуй, это чувство так ярко и остро он не испытывал с самой юности. Конечно, он и сейчас не стар — всего тридцать, но и не юнец семнадцати лет от роду, чтобы так вскипать из-за женщины. Так ему казалось до этого момента.

Аристократы вообще с самого детства учатся контролировать свои эмоции, ведь большинство из них маги, и контроль эмоций — это чуть ли не основное, чему и дальше обучают их в академии. Тогда, возможно, лучше и правда держаться от Аники подальше?

И в очередной раз эта мысль показалась ему крайне неприятной, а раздражение заполнило до краев.

Нет, так не пойдет. Мужчина замер, погружаясь в себя и принимая крайне важное решение. Он всегда действовал быстро и давно привык быть честным с самим собой: девушка ему нравилась, нравилась слишком сильно, до потери самоконтроля. Он до сих пор помнил, как ему сообщили о том, что она уехала из Карова, помнил, как разозлился, поняв, что она с ним даже не попрощалась. Это задело так, что он не постеснялся задействовать служебные ресурсы, чтобы ее найти. Потом, конечно, остыл, но подчиненные еще долго будут помнить волну проверок на профпригодность, устроенную им из-за того, что они не могли найти одну маленькую беглянку. Тогда отыскать ее стало чуть ли не делом чести, но сегодня все изменилось. Он и сам точно не смог бы сказать, когда точно.