Право сильнейшего. Дочь воина. Невеста воина (сборник)

 – Немедленно!

Бегемотиха стала белой, испуганно взглянула на эйтну и даже попыталась возразить, но та прервала ее жестом и прошипела замогильным голосом:

Единственная хассара развернулась и молча вышла. А мне принесли другой кувшин. Оттуда налили в стакан красной жидкости и поднесли к губам.

– Да я и сама могу стакан подержать, – смущенно сказала я и попыталась сказанное осуществить.

Рука безвольно упала на покрывало. Пришлось пить, пока эйтна придерживала стакан. Жидкость оказалась странная, чуть горьковатая, но, учитывая мое состояние…

– Достаточно. – У меня отняли стакан, когда там оставалось еще больше половины.

– Но… – Обиженно смотрю на мучительницу.

– Спи, – властно приказала та.

После чего, придержав, убрала подушку из-под моей спины и уложила собственно спать. Теплая темная волна накрыла мгновенно. И я практически провалилась в сон, когда услышала крик.

Глаза как-то сами собой открылись. Уставилась в потолок, не веря собственным ушам, и тут снова крик! Сонливость прошла мгновенно. Я снова подскочила на постели.

– Закрой окно, – спокойный тихий голос. – Хассара Эталин не умеет достойно принимать последствия собственных действий.

Очередной душераздирающий вопль!

Я попыталась встать, но удержал властный приказ:

Осталась лежать. Одна из эйтн молча закрыла окно. Вторая подошла ко мне, остановилась, пристально глядя. И мне вдруг стало очень страшно. А затем последовал вопрос:

– Хассар Нрого был нежен с тобой?

– Э-э-э… – протянула я.

В этот момент раздался очередной вопль, а затем чей-то сдавленный крик. Обе эйтны разом метнулись к окну… вот только ничего человеческого в их движениях не было. Потому что сначала к проему в стене рванули их тени и лишь затем обе женщины, с головы до ног замотанные в темное.

– Ой, мама! – испуганно вскрикнула я.

На мою реакцию они внимания не обратили, всецело поглощенные происходящим во дворе. Затем одна выругалась, вторая прошипела:

– Да что он себе позволяет?!

– Она – Единственная. Он вправе отменить наказание.

– Она покушалась на здоровье дочери хассара! Это преступление.

– Мы должны вмешаться!

И обе черномотанки развернулись и величественно, но при этом крайне быстро покинули помещение моей спальни. А я осталась полулежать на постели, пытаясь понять произошедшее!

Да, пытаясь уже хоть что-то понять!

Вдруг приоткрылась дверь. В комнату вошла Ашара, демонстративно прижав палец к губам.