В постели с миллиардером

Роберт физически ощущал, как всеобщее внимание приковано к их паре, и практически не снимал руки с талии своей невесты, старательно улыбаясь направо и налево, но не забывая при этом смотреть на «Танюшу» так, что только ленивый не шушукался, бросая в их сторону косые, а порой и завистливые взгляды.

И Левицкий уже даже было почти решил, что вечер пройдет неожиданно мирно, но беда, как всегда, пришла оттуда, откуда ее не ждали. А следовало бы.

Огромный торт, который вкатили в залу через час после начала ужина, имел высоту в половину человеческого роста и выглядел как настоящее произведение искусства.

Кроме, впрочем, одного-единственного человека.

Наверно стоило бы заранее догадаться о том, что Ершова, оставленная Печенькой ради Анны, этого так просто не забудет, но Роберт был настолько занят тем, что раздевал глазами свою невесту – задача, между прочим, с учётом упаковки не самая простая – что как-то совершенно не подумал предупредить друга о том, что смена объекта для обаяния может быть весьма чревата.

Хотя предупреждать, в общем-то, нужно было и не его вовсе.

А впрочем, даже если бы знал заранее, что произойдет в тот момент, когда Ершова, Хохлова и торт встретятся на опасно близком расстоянии – Роберт ни за что бы не стал мешать такому представлению, которое развернулось в дальнейшем.

– Ох, простите, я нечаянно! – воскликнула рыжая, когда после ее толчка – Левицкий был готов поклясться, что не случайного – Анна полетела лицом аккурат в торт.

Но особенно прекрасен был ее вид в тот момент, когда она из этого торта вынырнула.

Белый крем плотно залепил ей глаза и нос, и только изо рта торчал кусок бисквита насыщенного красного цвета – очевидно, Хохлова по привычке вцепилась зубами в то, что подвернулось – и, в целом, выглядела она при этом как в комедийном ужастике, где грим актеров настолько чудовищен, что аж смешно.

Выплюнув кусок торта из рта, Анна раскинула руки в разные стороны и двинулась наощупь, при этом громко и с явными нотками истерики вереща:

– Помогите! Я ничего не вижу!

Роберт поджал губы, чтобы не смеяться, как, впрочем, и все остальные гости, исключая, разве что, Аниных родителей, которые поспешили было на помощь, но не успели.